– Господи, спасибо тебе большое, что избежала позора, – сказала Катя шепотом. – Как хорошо, что в Загсе вообще никого нет.
– Молодые люди, вас регистрировать в торжественном зале или не в торжественном? – спросила подошедшая женщина и удивленно посмотрела на Катю.
Ведущая церемонии видно пыталась вспомнить, где она раньше могла ее видеть.
– Нет, спасибо, – тихо произнесла Катя, опустив глаза. – Нам не в торжественном зале, пожалуйста, если можно.
– Хорошо, – понимающе улыбнулась работник Загса, глядя на Федора Михайловича. – Проходите, пожалуйста, молодожены, еле сдерживая смех произнесла она. Федор Михайлович как раз в это время остановился и отрешенно смотрел в другую сторону.
– Федя, пойдем, – робко произнесла Катя, боясь, что Федор Михайлович опять передумает жениться. – Пойдем, нас приглашают в зал, – повторила она.
На что «жених» опять никак не прореагировал. Потихоньку взяв его за рукав свитера, Катя потрясла его и сказала: «Федя, нас приглашают в зал».
И тут громко во весь голос Федор Михайлович как закричит:
– Что, уже пора идти?!
И вытаскивая вату из ушей, обратился к приглашавшей сотруднице Загса:
– Вы понимаете, на улице такой ветер. Я всегда вату в уши заталкиваю, чтоб не дуло. А то знаете как бывает? Надует и мучайся потом с ушами.
– Правильно нужно беречься, уже не сдерживая смех, произнесла женщина. – Вы ж молодожен! Вам обязательно нужно беречь уши. Проходите, пожалуйста на роспись.
Так же смеясь, она произнесла свою рабочую торжественную речь в торжественном зале. Регистрация брака прошла очень быстро. На прощанье работник Загса пожелала счастья молодой невесте.
– А вам, жених, здоровья с молодой женой, – все также смеясь сказала она. – Берегите уши, – засмеялась ведущая церемонии.
Видно было, что за годы своей работы она понасмотрелась на разных брачующихся.
Но Катю и «уши» Федора Михайловича, она точно не забудет никогда. Понимающе подмигнув Кате, женщина проводила их до дверей, сказав на прощанье: «Вы, жених, вату не забудьте засунуть обратно. На улице такой сквозняк!».
– Спасибо большое, что напомнили. Здоровье прежде всего, – важно ответил Федор Михайлович.
Как только они вышли на улицу, «жених» взял Катю под локоть и сказал совершенно серьезно: «Ну, что жена, пойдем в гостиницу, брачную ночь отпразднуем».
И Катя вдруг вспомнила стихи Сергея Острового: «В жизни по – разному можно жить! В горе можно и в радости. Вовремя есть, вовремя пить, вовремя делать гадости…».
А в слух сказала:
– Федор Михайлович, вот я сейчас позвоню Раисе Степановне и расскажу, что вы мне тут предлагаете, тогда посмотрим, чей вы завтра будете муж.
– Да ладно, не хочешь и не надо, будем считать, что я пошутил, все также серьезно, – сказал «жених» и, пожав Кате руку на прощание, они разошлись в разные стороны.
В редакции работа шла полным ходом. Все готовились к новому году. Кабинеты украшали гирляндами, самодельными снежинками, наряжали елку в актовом зале и у всех было предпраздничное настроение.
Праздничный номер на вычитку принесли еще тепленьким. В живую нужно было пробежать все статьи и объявления. Как всегда второпях делалось много ошибок, потому что тут и там нужно сократить текст и срочно поместить поздравление заслуженному работнику никому неизвестного подразделения. Критический материал необходимо выбросить из номера, а хвалебную оду обязательно поместить на первую полосу!
– Катя, давай быстрее вычитывай и отдавай шефу, пусть быстрее ставит свою неземную подпись, которую он любит больше всего на свете. И давай присоединяйся к нам. У нас сегодня маленький предпраздничный сабантуйчик. Да, кстати, а вы когда переезжаете в новую квартиру? – спросила Яна, прищурив один глаз.
– Да не знаю еще, Раиса Степановна сказала, чтобы я звонила по телефону и если никто трубку в квартире не возьмет, мы можем смело заезжать. Она так и сказала: «Если никто не ответит, значит уехали и квартира ваша, – ответила Катя. – Вот я и здороваюсь с Раисой Степановной каждый день и говорю ей, – «спокойной ночи» каждый вечер.
– А вдруг она вообще не уедет? – поинтересовалась Яна встревожено. – Зачем ей уезжать? Денег она с тебя взяла, квартиру вроде как продала. Потом будешь жить и с Никитой, и с ними. Дохаживать их будешь за свои собственные деньги, – продолжала ехидничать Яна.
– Значит, буду! Тебе – то что, до моей квартиры? У тебя стройка уже закончилась или так и стоит замороженная? – подхватила тон разговора Катя. – Яна, давай не будем гадать, – у кого квартира будет быстрее. Ты же за меня переживаешь? Вот и я за тебя тоже. Я так же как и ты, хочу, чтобы у тебя квартира получилась раньше, чем у меня. От души хочу, честное слово, – продолжала Катя.