Никита целовал жену, жалел, но ничего не мог изменить. Катя была непреклонна. Она каждый вечер, падая от усталости, садилась за компьютер, ноги предательски ныли, но руки быстро бегали по клавишам, набирая очередную строчку романа.
– Ну как, дело спорится? – спросил ее Никита, глядя, как она быстро набирает очередной текст.
– У меня сейчас самый трудный этап. Я пишу конец романа. Все ниточки должна связать в единый узелок. Это самое сложное. Ты знаешь, я нисколько не жалею, что побывала в шкуре предпринимателей. Мне их так жалко. Давай аренду им снизим!
– Да куда уже ниже? – запротестовал Никита. – У нас они и так работают только на электричество. Я его продам, одни убытки от него стали.
– Но этот торговый центр дорог Кристине, как воспоминание. Она ж в нем уборщицей, еще школьницей подрабатывала, помнишь?
– Помню, еще от меня пряталась, – засмеялся Никита.
– И все-таки у нас самая лучшая дочь на свете, – вздохнула Катя и резко откинулась на спинку кресла, закрыв глаза.
Сердце неожиданно защемило, запекло, и предчувствие беды угрожающе сковало грудь. Катя почувствовала, что надвигается что-то очень плохое, о чем ее сердце пыталось поведать ей.
– Никита, что-то мне не спокойно на душе, – вдруг проговорила она и сделала глубокий вдох.
И почему-то Катя опять вспомнила своего врага, – Игоря Сергеевича Севрюка.
«Что же он еще придумает?» – с тревогой пронеслось в голове.
Глава 17
Игорь Сергеевич в это время прохлаждался в Санкт-Петербурге напротив Казанского собора в ресторане «Терраса». Он брезгливо рассматривал шрам, который остался от пули на голове его бывшего компаньона, такого же поддонка, как он сам. Их «святая» троица: Игорь Сергеевич, его личный охранник – Виктор и его правая рука, компаньон всех его дел, начальник службы безопасности – Володя, всегда приводила в ужас всех, кто с ними сталкивался в те страшные девяностые. Да и сейчас, седые с виду солидные мужчины, вызывали страх у обслуживающего персонала.
Они сидели, развалившись на мягких диванах, потягивали виски и высокомерно рассматривали окружающих. Игорь Сергеевич наклонился к Володе поближе, дотронулся до шрама на голове.
– Слушай, Вовчик, скажи мне честно, почему ты тогда в банке, в голову так неудачно выстрелил, что остался жив? – захохотал Игорь Сергеевич.
Володя посмотрел на него, вздохнул и улыбнулся.
– Да разве я знал, что пистолет заряжен холостыми патронами.
Игорь Сергеевич с шумом поставил стакан на стол, зло посмотрел на Володю.
– Я тебя не про это спрашиваю. Я не понял мотива твоего поступка. К чему вообще было делать такой жест? Или ты знал что-то, чего не знал я?
– Да не знал я ничего. Просто черная депрессия навалилась. У тебя что так не бывает?
– Бывает. Но ты никогда не был трусом? Для меня это остается загадкой до сих пор, которую я все равно отгадаю, ты меня знаешь. Нас бы тогда не взяли, если бы не ты. Я все понимаю, что записку предсмертную тебе Дядюшка в руки сунул. Хотел все на тебя повесить в очередной раз, но не успел свалить. А вот ты в этой истории, какую роль играл?
Володя безразлично посмотрел в сторону старого друга, протянул к нему свой бокал.
– Паранойю твою уже терплю тридцать лет. Напридумываешь себе проблем и решаешь их в одиночку.
Игорь Сергеевич засмеялся.
– Конечно, особенно когда за спиной у тебя сын, единственный между прочим, кровинушка моя долгожданная. А я вынужден терпеть дочь врага и ждать момента, чтобы отомстить. А мой сыночек все терпеливо сносить.
– Да брось ты, «сносить». Иван, если бы не захотел, никогда не женился. Он же весь в тебя.
– Да, это точно, весь в меня. Только в кого он такой высокий? – подозрительно взглянул Игорь Сергеевич на друга.
– Не в меня уже точно. Я тоже маленького роста. Может у Аньки в роду кто высокий был? Ты же не знаешь ничего о ней. Когда выбираешь донора своему ребенку, должен знать всю подноготную о том человеке, кто будет тебе рожать. Жаль, Танька у тебя бездетная оказалась.
– Заткнись! Не твое дело. У тебя вообще никого нет, вот ты и завидуешь. Хоть бы кто-нибудь тебе родил? А то постоянно возле Антона на моечной станции ошиваешься.
– Кстати, парень толковый, хоть и врач, да и мойкой не брезгует. Я вообще хочу его повысить в должности.
– Ты его еще усынови вместе с его женой, – засмеялся Игорь Сергеевич.
– А ты Таньку вместе с дядюшкой, – ответил ему Володя. – Кстати, что тебе говорит твоя паранойя на счет Дядюшки? Ведь он тоже высокий?
– Молчит, притом очень подозрительно. Видно боится его.
Разговор двух немолодых мужчин привлек внимание, вытирающей стол, уборщицы, которая крутилась у них за спиной. Пожилая женщина с интересом наблюдала за импозантными мужчинами. Она продлевала уборку, как могла. Женщина тщательно вытирала ножки у стульев, медленно стряхивала крошки со стола и подслушивала их разговор. Мужчины неторопливо допили содержимое бутылки и, лениво потягиваясь, направились к двери.