– Петя, я хочу, чтобы у нас была такая же как у твоих родителей долгая и счастливая любовь, – говорила Кристина, целуя мужа.
– Конечно, а как же иначе, не для того я тебя искал столько лет.
– Я хочу родить тебе дочку, чтобы она любила тебя сильно-сильно и никогда не оставляла, если со мной что-нибудь случится.
– Ты что с ума сошла, – откуда такие грустные мысли в твоей маленькой головке, – сердился на нее Петр.
Он даже сердился на Кристину с любовью. И когда хотел ее отругать. обращался к ней в уменьшительно-ласкательном ключе. Кристина всегда заливалась громким смехом, когда он пытался читать ей нотации. Петр, рассердившись, говорил так: «Кристиночка, ты не бережешь свои ножки и много ходишь пешком!» или «Почему Ангелочек не съела весь завтрак, который я приготовил». Вот так ругался Петр. Но на следователей он орал так, что Кристина даже подпрыгнула от неожиданности, когда услышала его возмущенный грубый голос.
– Вас что научить разыскивать преступника, который безнаказанно разгуливает по Питеру, после того, как я вам дал номер его машины?
– Понимаете, дело в том, что машина, на которой раскатывал преступник, была похищена у одной благочестивой вдовы, которая была в это время на приеме у знаменитого костоправа. Преступник бросил ее в аэропорту, не оставив никаких следов. Кто эту машину угнал и для какого умысла никому неизвестно.
Петр размахивал фотороботом перед глазами следователя и требовал, чтобы портрет показали по телевизору. Он сказал, что очень хорошо запомнил лицо нападавшего и сам лично сделал набросок. Но следователь, казалось, не слышал Петра или не хотел слышать. Было такое ощущение, что за этим отморозком стояли серьезные люди, и следователю было это очень хорошо известно.
Петр не за себя боялся. Он переживал, что случайная встреча жены с этим бандитом может навредить ей. Он отчетливо слышал в ресторане, что этот отморозок приказал Светлане столкнуть Кристину с лестницы. Но тогда он подумал, что ему это показалось. После всего случившегося, Петр очень боялся за Кристину и за их будущего ребенка.
Ему даже один раз показалось, что он видел Ивана в Лондоне на выставке «Российских бриллиантов». Но это не были догадки больного воображения. Это действительно был Иван. Как же он не будет там, где бриллианты. Он специально приехал, чтобы скупить самые крупные из них.
После последней ссоры с отцом, Иваном управляла навязчивая идея – сберечь свои миллионы в камушках. Что-то последнее время его настораживало поведение родителей. Эти санкции, которые они ему предъявили, очень злили его. «Единственная валюта, не поддающаяся девальвации, была его собственная жизнь», – так он считал после того, как всего лишился. Он ко всем своим недостаткам приобрел еще один: – «Недуг накопительства».
Обворовывая свою фирму, он не знал, к чему это приведет. В Лондоне Иван занимался сдачей в аренду съемочных павильонов. «Я построил Россию в Англии!» – любил шутить он.
Он построил точную копию Красной площади с Кремлем и Мавзолеем и сдавал ее киностудиям по баснословным ценам, которые устраивали англичан больше, чем траты за натурные съемки в Москве. И они заключили договоры на построение Исаакиевского, Казанского соборов, на Зимний Дворец. Даже заказали Невский проспект в одной локации. Они переводили кругленькие суммы на его счет.
Это был проект Игоря Сергеевича. Его строительный бизнес процветал. Он занял новую нишу. Но знал, что никаких Казанских, Исаакиевских и других дорогостоящих объектов он строить в Англии не будет. Он собирался быстро срубить, как он говорил, «бабло» и обанкротить эту фирму-однодневку. А все деньги перевести на подставную с другим названием. Игорь Сергеевич точно знал, что финансовые махинации скоро выйдут наружу и тогда он пустит Ивана по миру.
Игорь Сергеевич так же как российские чиновники, украинские политики, мексиканские наркокартели, азиатские триады, международные торговцы оружием использовал одни и те же офшорные компании, одних и тех же операторов и одни и те же банки для легализации своих доходов. Его фирмы в Великобритании отмывали деньги, занимаясь контрабандой в Румынии. Его российские фирмы перечисляли миллиарды долларов на счета его же компаний в Новой Зеландии. Его фирмы-однодневки всего за несколько месяцев перечисляли около пятьсот миллионов долларов из российских банков на счета оффшоров. Он знал, что это не пройдет мимо спецслужб и кандидатура Ивана была самой подходящей для роли козла отпущения в этой ситуации.