- Так нельзя. И я Вере обещала, она через час приедет. А тебя люди ждут.
- Ладно, еще пять поцелуев – и я поеду.
- Один.
- Маленькая жадина.
- Забыл добавить «моя».
- Всегда моя. После галереи чтобы сразу домой. Никаких мажоров, бассейнов и рыб!
- Дельфинов, - поправила она с легким упреком, - мужчина, ты уже уедешь, а? Я хочу до приезда Веры пописательствовать. А ты меня задерживаешь!
- Дожил, из собственного дома выгоняют.
Смеясь, Вета вытолкала слабо сопротивляющегося Грозного из дома. Смущаясь охраны, поцеловала у машины и махала вслед, пока кортеж не выехал за ворота. Пожалуй, можно выпить еще чашку кофе и потом идти в беседку. Наверстать утренней работой предстоящие полдня в галерее.
Кира с дочкой убежали плавать в бассейн, поэтому на кухне было тихо. Неторопливо выпив с Пашей кофейку, она, подхватив ноутбук, быстрым шагом вышла из дома. Морж без слов понял куда Вета собирается, и остался на кухне. Со следующей недели его должны были окончательно вернуть в строй, время безделья подходило к концу. Поэтому любую свободную минуту парень проводил в спортзале, стараясь вернуть былую форму.
Вета дошла до беседки, уселась поудобнее и... выругалась. Неумело, зато от души: забыла в гостиной свою розовую мышастую прелесть! Она обожала маленькую помощницу, как лишнее напоминание, что это – подарок Грозного, который он, к тому же, выбирал лично. Можно было, конечно, остаться и пользоваться тачпадом. Но редактировать текст без мышки – это гарантированное раздражение от собственной медлительности. Нет, так дело не пойдет.
Оставив ноутбук включенным, Вета вышла из беседки, сделала несколько быстрых шагов и… какая-то неведомая сила с грохотом подбросила ее далеко вперед, после чего с размаху приложила об землю. Осколки того, что еще несколько минут назад было беседкой, разлетелись во все стороны, раня и царапая. Вета задохнулась от резкой боли во всем теле. Вероятно ее выключило на несколько минут, потому что пришла она в себя от какофонии звуков, которые оказались голосами охранников.
- Пульс проверь.
- Живая… В рубашке родилась…
- Аккуратно, парни. Переворачиваем.
Она силилась открыть глаза, но отчего-то не получалось. Чувствовала, как по лицу бежит что-то теплое.
- Не трогаем. Вдруг со спиной что. Сильвестр уже едет.
- Нас Грозный лично грохнет, если с ней что…
- Вета, вы слышите меня?
Сил нет совсем. Сознание то накрывает липкой темнотой, то пытается вынырнуть короткими вспышками.
Через некоторое время слышится шум подъезжающей машины. Ее поднимают на носилках и куда-то грузят. Вета поднимает тяжеленые веки и видит мельтешение людей в белом.
Куда это ее? Почему несут?
Почти захлопывается дверца, как вдруг слышится реплика:
- А ты как тут?
- Так – все. Сняли с меня все обвинения. Костя сам позвонил, приказал. Еду в больницу с девочкой.
- Да? А почему…
- Ему все вопросы. Не задерживай нас.
Помимо врачей еще кто-то садится в карету скорой помощи. Дверь захлопывается. Но Пашкин низкий голос она слышит отчетливо:
- Мужики, первая группа. В машину. Едем следом.
- Вот настырный, - ворчит тот, кто рядом, - вколите уже ей что-нибудь. Мы должны довести ее живой.
Скорая резво разворачивается во дворе и дает по газам. Не дожидаясь сопровождающих, подлетает к распахнутым воротам и основательно врезается в заворачивающий огромный внедорожник. Благо дело, что вторая машина успела притормозить перед заездом. Слышится звон разбитых фар, крики. Вета едва не слетает с носилок и стонет от того, что ее резко тряхануло.
Отплевываясь от сработавшей подушки безопасности из джипа выбирается крупный охранник. Он молниеносно огибает машину и вытаскивает оттуда элегантную женщину. Судя по ссадине на голове, ее крепко приложило.
Водитель, осмотрев женщину, подбегает к скорой, рывком распахивает дверцу:
- Вы совсем с ума посходили? – рявкает он.