- В одном доме – две бабы? Ты с ума сошел? Мне здесь только женских боев без правил не хватало. Хотя чует мое сердце, что при желании Веснушка затолкает Анжеле ее вареники в глотку одной левой, - усмехнулся Грозный, - так что по нашим объектам?
Глава 6.
Просыпаться утром под птичий гомон – что может быть приятнее? Вета открыла глаза и с изумлением уставилась на лес за окном, который приветливо махал ветками сквозь панорамные, с низким подоконником, окна. Она села на кровати и растерянно огляделась по сторонам, не сразу сообразив, где она и почему. Просторная светлая комната в молочно-бежевых тонах, с минимумом мебели. Деревяный пол приятно холодит ступни. Напротив кровати, на светлом, с бордовыми узорами ковре, столик и два уютных кресла, одно даже с пуфиком для ног. У стены – комод темного дерева, над головой темные балки перекрытий графичным росчерком выделяются на светлом потолке. Но главное – это окна, огромные, прикрытые молочно-белыми полупрозрачными занавесями. Окно и потолок неровные, со скосом, что делает комнату похожей на мансарду. И это добавляет необъяснимого чердачного уюта.
Вета, оберегая ногу, осторожно поднялась с кровати, открыла дверь на широкий балкон. Внизу – ухоженный зеленый газон, на котором хаотично-продуманно растут стройные, словно топ-модели, молодые сосны. Воздух прохладный, такой свеже-вкусный, что хотелось его есть, давясь от ощущений. С непривычки даже слегка закружилась голова. Но, к своему стыду, захотелось съесть чего-то более приземленного.
Девушка быстро заскочила в душ, переоделась в шорты и майку и осторожно высунула нос за дверь. Запахов еды не обнаружилось. Куда идти? Чисто логически кухня должна находиться на первом этаже. В доме стояла звенящая тишина. Может и правда все разъехались по делам и можно безнаказанно прокрасться и похомячить? Хорошо бы. Неловко по чужому дому шастать.
Прихрамывая, Вета спустилась по лестнице, на которой их вчера ночью сверлил глазами Демон, и наугад свернула налево. Через двухуровневую гостиную прошла мимо столовой, а за ней обнаружилась кухня. Белоснежная, в стиле Прованса с серой мраморной стойкой посередине и тремя барными стульями. На одном из них, попивая утренний кофе, сидел Костя, в свежей рубашке и брюках. Пиджак был наброшен на спинку соседнего.
- Привет, Кудряш, - мужчина оторвался от просмотра телефона, - как спалось?
- Доброе утро, Костя! Хорошо спалось.
- Как нога твоя?
- Получше, спасибо за помощь.
- Ерунда. Кофе будешь?
- Буду. А что-то посущественнее?
- Э… поищи в холодильнике. Может кто из ребят чего-то там затарил. Здесь в целом не готовят. Но кофе-машина работает всегда.
Вета послушно нырнула в объемный холодильник.
- О, молоко и яйца есть. Будете блинчики? Э… будешь?
- Буду, если получатся.
- А почему не получатся? Ты мне только с этой космической плитой помоги разобраться.
Когда через пятнадцать минут Грозный подошел к кухне, его встретил двойной хохот. Он с любопытством подошел ближе и перед глазами возникла феерическая картина: у плиты в малиновых шортах и белой майке орудовала сковородой Веснушка, а помощник, закатав рукава, объедался блинами, которые по-барски макал то в сметану, то в варенье. Едва не закатывая от удовольствия глаза.
Глядя на аппетит Кости, Иван невольно втянул носом воздух, наслаждаясь ароматом выпечки. Непривычно. Кухня в особняке была всего лишь частью интерьера, поэтому в доме едой не пахло никогда. Ее обычно или доставляли, или максимум, летом на террасе устраивались шашлыки. Нынешнее утреннее умиротворение его отчего-то разозлило. То ли оттого, что Веснушка так уверенно орудовала на его кухне, то ли оттого, что угощала не его. Иван посмотрел с закипающим раздражением, хотя на девушке не было ничего вызывающего: шорты на пару ладоней выше колена и белая майка с мультяшным героем. Кудрявые волосы забраны в высокий хвост, несколько прядей выбилось и веселыми спиральками лежат на шее и вокруг лица. Напевая, она помахивала лопаткой у плиты, мимолетно улыбаясь Косте.
- Кудряш, пусть я лопну, но хочу еще!
- И чего ты еще хочешь? – раздалось низкое ленивое из-за двери. Оба, как по команде обернулись: в одном узком полотенце Грозный стоял, прислонившись к дверному косяку. Сложив руки на груди, с неудовольствием рассматривал их, как микробов под микроскопом. Как всегда мрачный взгляд из-под густых бровей, темная четко выверенная щетина и холодный, пронизывающий взгляд зеленых глаз. Который редко кто мог вынести. Но, как ни странно, девушка только на секунду окинула его чуть удивленным взглядом, а потом солнечно улыбнулась.