- Ого! Целая операция под прикрытием.
- А то! День рождения мамы – это серьезно.
- Маму-то я уговорю. А коллеги не «проколятся»?
- Подберу профессионалов с интеллигентными рожами. Будут молчать даже от иголок под ногтями.
- У мамы иголок точно нет, - засмеялась девушка, - она говорит, что иголки и утюг – это враждебная территория.
- Какая загадочная женщина. Уже не терпится познакомиться.
Неизвестно на какие невидимые кнопки нажал Константин, но кресло на грузовичке мебельного магазина беспрекословно доставили ровно через два часа. Оно было тщательно досмотрено и перенесено в багажник джипа, в который на следующее утро загрузились, помимо него и Веты, еще трое парней. Вместо традиционных костюмов на ребятах были джинсы и рубашки. На вид – действительно офисные клерки, разве только ширина плеч посолиднее. Инструктаж с ними был проведен серьезный, поэтому они улыбались, перебрасывались шуточками – в общем действительно вели себя словно обычные парни на отдыхе.
Костя, ждал ее у машины, одетый в светло-голубую рубашку с закатанными рукавами, которая подчеркивала его яркие небесные глаза, и джинсы, ладно сидящие на спортивной фигуре. Он весь был крепкий, надежный, какой-то свой. Но когда Вета выпорхнула из дома, то даже притормозила на секунду, наткнувшись на его восхищенный мужской взгляд.
Она растерянно осмотрела свой простенький летний сарафан: на белом фоне раскинулись алые маки и нежные ромашки. Скромный вырез, широкие лямки впереди лежали ровно и перекрещивались на открытых плечах. Сарафан подчеркивал тонкую девичью талию и спускался небольшими складками чуть выше колена. Плетеные босоножки без каблуков в греческом стиле, как ни странно, только подчеркивали длинные ноги. Волосы убраны со лба, небрежно закреплены на макушке, отчего кудряшки задорно обрамляли лицо. Ни грамма косметики, только чуть тронутые блеском губы.
- Что, не очень, да? – растерянно спросила она, - просто мама не любит, когда я в джинсах…
- Кудряш, ты как весна на рассвете! Мне кажется нужно удвоить охрану, чтобы тебя не украли по дороге.
- Ой, скажешь тоже, - фыркнула девушка, подходя ближе, - с моим скверным характером если и украдут, то вернут с доплатой.
- И все же я буду глядеть в оба. Выглядишь и правда сногсшибательно!
- Все-все, сейчас начну краснеть и заикаться. Поехали лучше.
- Не вопрос. Только заскочим в цветочный, выберем букет. Не с пустыми же руками ехать к матери такой красивой девушки.
- Ой, фсе!
Через час они домчали до дачного поселка. Мамин домик был одним из последних на улице, но в отличии от большинства – утопал в цветах. Она выращивала их с размахом, брезгливо отказываясь выращивать на даче что-то еще. Горбатиться ради мешка картошки, которая все равно будет хуже магазинной – было выше ее понимания. За ней в дачном поселке прочно утвердилось прозвище «Аристократка», но ее это ничуть не смущало. Для нее жить на даче – это вовсе не значит ходить в бриджах и растянутых кофтах.
Светло-серый домик с более темными острой крышей и рамами поражал элегантностью и уютом. Небольшое крытое крылечко с диванчиком, продолговатые вытянутые окна, веселое окошко второго этажа ровно над острой крышей крылечка. Каждый уголок дышал продуманностью и вкусом. Пронырливый вьюн обвивал столбики крыльца, прикрывая свою самодеятельность ярко-фиолетовыми цветами. У него было множество конкурентов: розы, эустомы, пионы самых нежных оттенков. Бабочки и стрекозы гордо порхали среди этого великолепия, ощущая себя частью королевской свиты.
Хозяйка буйноцветья, моложавая коротко стриженная блондинка в элегантном платье-сафари стояла на крылечке и наблюдала за процессией, приближающейся к ней по каменной дорожке. Более светлые чем у дочери глаза потеплели, завидев хрупкую фигурку в сарафане. Широко улыбаясь, Вета обняла мать, которая царственно позволила ей это сделать, прикоснувшись губами к кудрявой макушке.
- Мама, позволь представить это мои коллеги, - повернулась она к ребятам.
- Мама? – встрял Костя, - Веточка, быть такого не может. Сестра, и не факт что – старшая?