Грозный лег на кровать, закинув руки за голову и уставившись в потолок. Умиротворение от секса, на которое он так рассчитывал, не наступало. В голове роилась толпа мыслей, мешающая заснуть. Мало ему Маркова, так еще и это недоразумение на его голову! Одним легким движением пальца чудачка взбалтывала его жизнь, мешая сосредоточиться.
Так, надо просто перестать ее замечать и выкинуть из головы. Хочет Костик с ней спать или что-то еще – вперед и с песней. Ему нет никакого дела. До ее улыбки и задорных веснушек. Черт бы их побрал! Какие же мягкие у нее волосы. Живые, не убитые краской. Грозный помнил эту мягкость пальцами, когда прижимал ее голову к своей груди. В тот момент инстинктивно, не раздумывая, бросился и закрыл ее собой. Тогда он понял, что не хочет ее потерять. Но… Слишком много «но». Во-первых, ему не нужны отношения, а на голый секс Вета не согласится. Мамина дочка слишком романтична и хорошо воспитана. Во-вторых, к ней подкатывает его лучший друг. Имеет ли он право переходить ему дорогу, если у Кости далеко идущие планы? Нет. В-третьих, … Да первых двух за глаза достаточно. И вообще – как только разберется с Марковым, он пинками выставит эту нахалку из дома. Пусть переезжает к Косте и кормит его утренними блинами! Вкусными…
Рассердившись на самого себя, Грозный рывком поднялся с постели и, натянув боксеры вместо полотенца, вернулся в кресло. Не сразу, но сумел заставить себя сосредоточится на цифрах. Только работой можно было вернуть мыслительный процесс в рациональное русло.
Он увлекся настолько, что забыл о времени. От работы отвлек телефонный звонок. Это еще кто посреди ночи? Посмотрел на экран: звонил пост охраны.
- Да!.. В смысле – прыгать? С балкона? – он отбросил телефон и рванул к балконной двери. Откинув занавеску, максимально бесшумно повернул ручку, холодея от открывшейся картины: спиной к нему, Веснушка сидела на перилах балкона, свесив ноги по ту сторону. Все в той же безразмерной футболке, сквозь которую просвечивала хрупкая спина. Вот она убрала тонкие руки с перил, развела их в сторону, откинула кудрявую голову назад…
Он рванул к ней как безумный, рывком схватил поперек туловища и стащил с перил.
- Вы чего? – взвизгнула она, вырываясь.
Не обращая внимания на вопли, Грозный занес брыкающийся клубок к себе и только закрыв балконную дверь, поставил на ноги.
- Ты совсем ополоумела? – рявкнул и затряс за плечи, испепеляя взглядом.
- Это вы с ума сошли! Вас кто просил? – зашипела неблагодарная.
- Ты это из-за Анжелы, да?
- Чего?!
- Во-первых, я ее только трахаю. И все. А во-вторых – решила башку раскрошить, так выбери место повыше! Кто прыгает со второго этажа? – как же ему хотелось встряхнуть ее как следует, чтобы все идиотские мысли повылетали из хорошенькой головы. Знал ведь, что нравится ей, не мог не нравиться. Хотя так умело она это скрывала. Но чтобы из-за шлюхи с балкона прыгать?
- Какое мне дело до ваших баб? И кто вам сказал, что я прыгать собралась? Я – летала!
- Чего?!
- Летала! Мне ощущение полета нужно было, чтобы правдиво в книге написать. Вот я и…
- Летала? – обескураженно спросил он.
- Ну да! У меня с вестибуляркой все хорошо, и еще я два года йогой в гамаках занимаюсь. Ногами за перила держалась крепко. И не упала бы, честно!
- Ты – маленькое, веснушчатое чудовище, - вздохнул он, отпуская хрупкие плечи.
- Простите, пожалуйста. Я не хотела вас напугать. Можно я пойду? – она отступила на шаг к балконной двери и сморщила веснушчатый нос. – А вам тут проветрить нужно. Тяжелыми духами фонит.
- Скорее сексом.
- А он что – пахнет? – вытаращила она глаза.
- А ты не знала? Показать? – он ухмыльнулся и шагнул к ней.
- Нет! – она испуганно выставила перед собой ладони – Я… я у Кости завтра спрошу. Он мой – консультант.
- И давно он тебя… консультирует? – губы растянулись в небрежной ухмылке. Хотя внутри отчего-то резануло, словно металлическим прутом по стеклу. И когда успел друг любезный?