Разворачивает девушку к себе, прихватывая крепкую попку двумя руками. Она стонет, извивается, привстает на цыпочки.
Почти теряя контроль, Грозный, как пушинку, роняет ее на кровать. Контроль летит к чертям. Задерживается ровно на мгновение, давая ей возможность осмотреть себя. Жадный женский взгляд скользит по его торсу, спускается ниже. Глаза Веснушки изумленно расширяются. Поздно малышка, теперь не убежишь. Но в эту же секунду она так эротично облизывает губы, что член предвкушающе дергается.
- Сними это, - хрипит Грозный
- Тебе надо, ты и сними, - она дышит быстро и часто. Видно, что возбуждена до предела, а все равно дерзит.
В одно мгновение он оказывается рядом. Мужские губы целуют гладкий лобок, заставив бедра дернуться на встречу. Потом пупок. Майка поднимается выше, вслед за ней поднимаются жалящие поцелуями губы. Она извивается и тяжело дышит, постанывая. Ее пальцы мгновенно зарываются в темную шевелюру. Малышка тянет его к своей груди, не скрывая, что вновь хочет его губы. В отметку за дерзость, Грозный лишь крутит пальцами мгновенно затвердевшие вишенки сосков, прищипывает чуть сильнее, чтобы наказать строптивую девчонку. Но она так протяжно и сладко стонет, что сил на игры уже не остается. Жадно целуя податливые губы, мужчина быстро поглаживает между гостеприимно распахнутых ног. Там влажно так, что яйца звенят от напряжения. Но несмотря на то, что Вета взвинчена до предела, палец с трудом проникает внутрь. Какая же узкая! Он же порвет все там к чертям!
Она нетерпеливо ерзает, трется о его руку, стонет.
- Тихо, малыш. Ты очень маленькая. Тебя нужно подготовить.
- Хочу-у-у!
- Знаю милая. Ты все получишь. Всего меня. Я просто не хочу тебя поранить, - он водит в нее второй палец и пытается осторожно их развести. От распирающих ощущений она зажимается.
- Тихо, малышка. Тихо, - еще раз жарко целует в губы и весь перемещается к ее разведенным ногам.
- Мне страшно, - бормочет она, комкая простыни.
- Не бойся. Никогда не бойся, когда я с тобой, - усаживается на колени перед ее разведенными ногами и начинает ласкать, поднимая градус возбуждения. Вета мгновенно отзывается на ласку его умелых пальцев. Он ласкает ее промежность и клитор, пока она не начинает захлебываться стонами. Потом подтягивает ближе к себе и начинает аккуратно входить в нее.
- Тихо, расслабься маленькая, - шипит он сквозь стиснутые зубы, высекая из нее пальцами новые искры удовольствия. Мучительно-медленно, движется вперед, выжимая из себя последние крохи терпения.
- Не зажимайся, сладкая. Я очень осторожно. Расслабься и впусти меня, - струйка пота бежит по виску. Только бы сдержаться! Она обхватывает его член так плотно, что это почти больно. Вета старается расслабить напряженные мышцы, борясь с подступившим к горлу страхом. Если бы не его пальцы, которые не прекращают ласку, она бы наверняка струсила и начала вырываться, требуя прекратить. Но сейчас ей так хорошо, что медленные, напирающие движения идут фоном, главное удовольствие там, где чуть шершавые подушечки пальцев.
- Посмотри на меня! – рычит Грозный, и девушка послушно распахивает глаза. В них удивление, испуг и восторг. Он наклоняется и осторожно ложится, опираясь на локти.
- Ты моя, слышишь Вета? Только моя! – лютый голод вместе с собственнической жадностью заставляет обжечь ее губы в очередном собственническом поцелуе. Он тяжело и глухо дышит, но сдерживает себя, чтобы не навредить своей единственной. Вместо ответа Вета осторожно сгибает ноги и обвивает его за талию.
- Точно не больно? – шепчет он.
- Нет. Мне так хорошо, что страшно, - ее руки ныряют ему подмышки и доверчиво обнимают мускулистую спину.
- Тогда держись, - Грозный чуть подает бедра назад и возвращаясь назад.
- Ах..!
Мужские губы трогает понимающая улыбка и он наращивает темп, чутко прислушиваясь к ее стонам, к движениям судорожно впивающихся в его спину ноготков. Девочке хорошо. Стоны переходят в крики, она начинает подмахивать ему бедрами, желая заполучить его еще больше и глубже. Как же в ней хорошо! Это такой вынос мозга, что Грозный с трудом соображает, что нечленораздельное бормотание пополам с рыком — это он сам. Маленькие пунцовые губы начинают подрагивать, она вдруг вытягивается в струнку: