Настольная лампа отвернута к стене, поэтому диван был погружен в полумрак. Но даже в темном углу блеснули золотым лучиком ее кудри. Крадучись вошел и присел рядом. Огромный булыжник свалился с души: жива! Жива и здорова. Осторожно, стараясь не разбудить, смахнул влажную дорожку слез со щеки. На его прикосновение она как-то совсем по-детски всхлипнула во сне.
- Девочка моя, - прошептал он срывающимся голосом, - мое солнышко. Моя капелька. Никому тебя не отдам.
Подняв закутанную в плед ненаглядную ношу, осторожно прижал ее к себе.
- Ванечка, - сонно пробормотала она, засопев ему в плечо. Тонкие руки обвили шею, заставив счастливо улыбнуться ласке, которую он не заслужил. Главное, что сейчас малышка доверчиво прижимается к нему, а завтра он что-то придумает. Найдет слова, чтобы Веснушка его простила.
Прижимая девушку к себе, вышел из комнатушки и отправился на выход.
- Отдаю ее, только потому что никогда у тебя такой счастливой рожи не было, - усмехнулся Макс, салютуя бывшему командиру стопкой.
- Ты, Макс, лучше завтра приезжай. Посмотрим какая у него рожа будет, когда девочка ему даст прикурить.
- Волчара, все в подробностях расскажешь. Но, кажись, окольцевали нашего командира. Да так, что не отвертится.
- Да идите вы… как две сплетницы на скамейке.
- На свадьбу не забудь пригласить, - тихо рассмеялся Макс, опрокидывая стопку.
Грозный, не выпуская девушку из рук, осторожно сел в машину. Млея от ее доверчивости, от теплого дыхания на своей шее. Те глупости, над которыми он всегда смеялся, настигли его вместе со стадом Веснушкиных единорогов. Ну, и пусть! Она расцвечивала его жизнь волшебством, теплом и смехом. И он уже не хотел обратно. Не хотел без нее.
Глава 33.
Вета медленно открыла глаза. Самочувствие было такое, словно она вчера бежала марафон. Еще и с тяжеленым рюкзаком за плечами.
Она привычно улыбнулась яркому утру за окном, потом взгляд упал на тумбочку. На ней скомканной кучкой лежал галстук. Вчерашний. Она резко повернула голову и наткнулась на взгляд светло-зеленых глаз. Грозный был в домашней одежде и, судя по тому, с каким удобством устроился в кресле – находился там достаточно давно.
- О, нет! – простонала Вета, по-детски прячась под одеяло с головой.
- Доброе утро, моя малышка, - кровать прогнулась по весом присевшего мужчины. Он наклонился и поцеловал торчащую макушку.
- Не трогая меня!
- Не могу. Скучал.
- Ах, так! – каким-то невероятным кульбитом, она вывернулась под одеялом и вскочила на ноги с другой стороны кровати.
- Что я тут делаю? Нет, что ты тут делаешь? Приспичило получить услуги продажной девки? – зло выкрикнула Вета. А Грозный смотрел на нее такую растрепанную, такую разъяренную, такую хрупкую в его футболке и на душе теплело. Хотелось рассмеяться от того, что она рядом, пусть и шипит злющим котенком.
- Нет. Зашел пожелать доброго утра девушке, которая мне дорога.
- Дорога? Ты сейчас про расценки? Дотягивают до тех, что были у Анжелы?
- Никто до тебя не дотягивает, Веснушка. А я – полный кретин.
- Не могу не согласиться.
- Я должен извиниться, - зеленые глаза смотрели на нее с нежностью.
- Это надо было делать вчера, - она обиженно скрестила руки на груди.
- И вчера, и сегодня, и завтра. Пока ты меня не простишь, - мягко, словно хищник, он подкрадывался к зажатой в угол девушке. Она метнула взгляд в сторону двери. Грозный, иронично ухмыляясь, отрицательно мотнул головой. Но девушку это не остановило. Сделав обманный бросок, она пулей метнулась через кровать на балкон. Мужчина с азартом бросился за ней.
- Не подходи, - процедила она сквозь зубы, усаживаясь на перила, - не доводи до греха.
- Веснушка, успокойся, - мужчина послушно остановился в дверном проеме. Отмечая, что за перила она опасно зацепилась только одной ногой. Губы мягко уговаривали, в то время как мозг прикидывал: хватит ли ему скорости стащить ее на пол, если разговор дойдет до опасной черты.
- Я спокойна. Более чем. Это вчера ты меня через колено сломал. А сегодня я успокоилась. И хочу уйти отсюда. Куда подальше, - яростно полыхнули синие глаза.
- Ты же знаешь, что это невозможно. Ради твоей безопасности.