— Оля, — она четко произнесла мое имя, — папа сказал, что ты сумасшедшая. И с тобой дружить себе дороже.
Рассмеялась.
— Жизненная теория. Все мы немного того. И папа твой тоже.
Она заразительно подхватила смех.
— И я тоже?
— Ну нет, ты пока еще самая адекватная из нас.
— Адекватная, — она произнесла сложное слово по слогам, — так и скажу папе, когда он запретит с тобой общаться. А ты вернула сына? Познакомишь нас с ним? — и что мне ей ответить? Что не вернусь в ближайшее время в поселок? Что ее папе и дяде это может не понравиться? Диллема.
— Пока еще рано говорить, захочет он с нами со всеми пообщаться или нет.
— Почему же хочу, — раздался на кухне голос сына как гром, — я зашел сюда из-за запахов. Когда будет готово? А кто эта бесцеремонная девчонка?
Если грубость в отношении себя готова была стерпеть, то девочку обижать понапрасну нельзя.
— Это солнечный лучик Ритуля. Она принесла счастье в мой дом, в ворвавшись своей энергией и любовью к ближним. Представляешь, она уговорила своего дядю помочь вернуть тебя.
Смотрела и изучала его реакцию. Сначала гримаса отторжения, прошившая мое сердце насквозь. Но сын быстро взял себя в руки. Какой опыт, какой простор для работы трудовым лагерям. Но если я его отправлю в один из них, то признаюсь в беспомощности. Нет уж, буду справляться собственными силами. Вода и камень точит. А любовь меняет детей. Во всяком случае Ритуля яркий пример чрезмерной любви своих отцов.
— Наверное я не против познакомиться с ней. А знаешь, — в его голосе проскользнули нотки злорадства, — Ала тоже родит девчонку. Отец сказал, что я всегда останусь его первым наследником.
— Главное, чтобы не воспитала вторую себя. Посоветуй отцу нанять профессиональную няню, которая сможет привить любовь к окружающим. Ритуля вот пожалела меня, остро почувствовав мою нужду. Знаешь, не весело жить одной, отвергнутой всеми.
Несмотря на сомнения передала своему мальчику телефон, предупредив малышку, кто с ней будет говорить. Он не успел ничего сказать, как его выражение лица начало меняться разными эмоциями. Когда мой мальчик стал черствым и продуманным из доброго одухотворенного, не без характера, ребенка? Сейчас все его эмоции обнажились. Может быть не в Грецию бежать с ним, а вернуться домой к заливу, чтобы он пообщался с девочкой и пришел от навеянных тенет в себя? Он не сразу отставил телефон в сторону, словно терпел треп девочки, делая мне одолжение, и насуплено проговорил.
— Еда когда будет готова? — кажется я упустила суть их разговора. Весь поздний обед он молчаливо что-то обдумывал, а потом вдруг спросил, — ты правда плохо жила без меня? Тебе некому было помочь?
Рассмеялась, взлохматив его прическу.
— Я жила совсем одна. Никого рядом не было. Благо время сейчас другое. Как-то у меня потекла стиральная машина. Я даже не знала как ее отключить. Вода так и лилась пока мастер не приехал. А вызвать я его догадалась через пару часов наводнения в доме.
Сын с восторгом слушал мои басенки. Не давить же на жалость, рассказывая, как выла по ночам в подушку, что первые три месяца не спала совсем.
Поэтому рассказывала с веселыми мимишными рожицами. Пусть и давалось это тяжело, он не должен был заметить этого.
— Раньше всем занимался твой отец, а я работала как проклятая, выталкивая его фирму наверх. Пришлось научиться самой чинить ноут. У меня заказ горел, а мастер обещался приехать через три дня. Или как-то я заболела, а съездить за лекарствами в аптеку не кому было. Но я справилась. Надеюсь, тебе самому не приходилось решать столько проблем самостоятельно? Аля хоть и эгоистка, но отец-то помнил, что у него сын. Кстати, раньше он о тебе не беспокоился. Все твои болячки были на мне.
— Я был не прав, Аля действительно любила меня только, когда отец собирался везти нас на очередной курорт. А ведь денег в последнее время не хватало, она закатывала истерики. Когда ты была моей мамой, было лучше. Даже отец часто вспоминал твои сырники и борщи.
— Кушай, не грусти. К сожалению вместе с ним мы никогда уже не будем. Вырастишь и будешь с ним вести дела, поможешь избежать ошибок. А я помогу тебе увидеть в чем они заключаются.