Лишь спустя час, когда послышался гул гор, дети и сами рванули к видневшемуся впереди переходу, выводящему из долины на ту сторону гор. Один из мальчиков подвернул ногу, и она сама потащила его. У самой скалы землю тряхнуло. Дети выбегали из западни с криками ужаса. Арина дотащила мальчика до выхода, когда скала начала заваливаться на них. Она с недюжинной силой вытолкнула ребенка в стремительно закрывающийся проход, а сама упала под натиском камнепада. Она слышала крики «мама!». И то ли ее последний вздох, то ли горы подхватили ее последние слова, а дети услышали.
— Живите, дети, достойно!
Подростки вернулись в поселок, рассказали о своих приключениях взрослым. Тут уже никто не стал игнорировать произошедшее. Когда горы успокоились, группа мужчин отправилась в ту долину. Они-то и нашли под завалами закаменевшую фигурку маленькой женщины. Говорят, что статую построили те ребята, ставшие талантливыми зодчими.
— Вы знакомы с Силантием? Вас что-то связывает? — голос Алевтины вернул в действительность на миг, покачала головой, отрицая любую связь. Зачем беспокоить своей историей чужую девушку? И вновь прильнула к объективу, чтобы рассмотреть выточенные зодчими и облагороженные стихиями линии статуи. Создавалось впечатление, что время наоборот улучшает линии и формы. Ни единого кусочка не отломано. Может, сама природа хранить статую женщины? Или легенда, рассказанная Артемом, содержит реальные события?
Я сидела на краю горы, рассматривая статую, которая по всем законам физики не могла появиться в закрытой долине. О том, что в долину не попасть ни пешим, ни на вертолете, Артем нам рассказывал с наслаждением. Правдива ли легенда? Или эта статуя — обломок прошлой цивилизации и воздвигнута тогда, когда эти места были населены? Вдруг захотелось отдать дань этой женщине. Кинула маленький камушек в пропасть, как если бы опустила землю на кладбище, и тихо сказала.
— Покойся с миром, храбрая из достойных, — а мне ветер принес ее ответ.
— Верь ему. Ребенок оправдает твои ожидания, — подскочила от неожиданности и столкнулась с взглядом сына. В нем было столько невысказанных чувств. Может, эта экскурсия и правда поправит наши отношения?
Когда я отвечала Але, как-то не задумывалась над ответом. Но уже к вечеру поняла, что лукавила, как оказалось, где-то внутри сидела маленькая надежда, что Сила не просто так ввязался в мою судьбу, что я ему понравилась как женщина. А он ухаживал за ней. Теперь оба брата по традиции добывали нам еду, мы с сыном и Ритулей готовили, обустраивали стоянку. Но и Алветина не дремала, ставила палатку свою рядом с их и усердно составляла компанию в охоте и рыбалке. Вот кто на своем месте.
Все шесть дней похода Данил не отходил от нас с Савой. Он целенаправленно пытался сблизиться не только со мной, но и с моим сыном. Мои попытки игнорирования ненужных ухаживаний пресекались на корню. Милые заученные слова, которые несли под собой уйму вопросов.
— Помог, потому что мог, и кто еще поухаживает за тобой как не потенциальный жених, — он не шутил, в его словах не было ни грамма лукавства. Такое чувствуется. Но зачем мне его ухаживания?
Пыталась держаться и не послать его, вежливо отвечая и уворачиваясь от холодных рук. Да, его прикосновения теперь стали неприятными. Вспомнился тот единственный раз, когда я приняла его помощь у костра. Тот единственный раз, который принес тепло. Тогда я нуждалась в этом. Пыталась объяснить, что буду по-прежнему общаться с Ритулей. Вот кто стал частью меня без труда. Она неумолимо вжилась в роль подруги. Смеялась долго, когда она, подражая отцу, пыталась поучать меня жизни.
— И чего ты грустишь? Смотри, там же целое семейство зайцев. Смотри какие смешные.
С сыном мы не сблизились как мечталось, но в его глазах пропало пренебрежение. Все же эти романтичные бредни и выдуманные легенды вполне воспитывают. Вспомнить хотя бы игры, устраиваемые Артемом. Они напоминали семейные тренинги. Обязательное условие: участие семьи против другой семьи. Или, по его правилам, семьи объединялись в одну команду. Сближает, да, помогает оценить родственные связи, и чем сплоченнее семья, тем они чаще побеждают. Мы с Савой, привыкшем к победе, побеждали только в связке с семьей Тарасовых. И ведь я сама умела играть, задания, выполняемые в одиночку, с легкостью приносили победы. Но мы были с Савой по разную сторону до сих пор.
Создавалось впечатление, что он ждет того момента, когда можно будет обо всем доложить отцу. Удружил мне бывший. Он сломал моего ребенка, исковеркав понятия и ценности семьи. Мама для него пустой звук. Не сразу заметила, что он часто и не слушает моих советов вовсе. А вот к советам Силы или Данила прислушивался, вычленив умело самых сильных и авторитетных. Поэтому я безбожно использовала мужчин. Если мне надо было что-то существенное от сына, то я говорила ему все при них.