– То есть? – сразу насторожился Ким.
– Мол, исключили их из нашего… «острова», прогнали, а потом даже заставили куда-то мигрировать – и все. – Рост пожевал губами, словно пробовал на вкус слова, кажется, эта привычка появлялась в нем от Сатклихо. – А на самом деле – совсем не все. Им негде жить, они сейчас приперты к стенке… Любая организованная система существ теперь не самоустранится, а наоборот – мобилизуется, чтобы выжить. И следовательно, теперь, именно теперь повышается вероятность новой войны с ними, только уже не по их правилам, а хуже – ради выживания, на убой, с предельным напряжением сил.
– Думаешь, они теперь всем населением двинут на нас? – спросил Бубурин.
Ева застыла, да так, что Ким даже оглянулся на нее, она словно исчезла. Даже гребец у котла перестал шумно дышать, вращая экватор, казалось, свист ветра по ту сторону обшивки смолк.
– Нет, я так не думаю… Не позволят какие-то их разлады между собой, гражданские столкновения. – Рост попробовал сосредоточиться, но пока было неясно, что же следует сказать дальше, и он вовсе замолчал.
– Что же из этого следует?
– Думаю, придется выслать туда, в район их обитания, группу наблюдения.
– Их же борым сожрет, – запротестовала Ева.
– Опять крепость придется строить? На таком-то расстоянии от баз, практически через весь Водный мир? – Ким помолчал. – Недешево обойдется.
– Строить крепость не будем, – решил Ростик. – Попробуем обосноваться в лесах тамошних дваров.
– Мы и со своими не можем договориться, а тут придется доказывать тамошним ящерам, что мы на самом-то деле мирные люди… Не получится, – решила Ева.
– Придется, – вздохнул Ростик. – Этим займусь в первую очередь. Нелегко… Но без постоянного наблюдения пауков оставлять нельзя, мы слишком неосторожно их… разгромили.
Вот с такой парадоксальной формулировкой они и вернулись в Боловск. В городе все было спокойно, даже несколько сонно. И чуть не первым распоряжением Роста был созыв всех офицеров, которые находились поблизости от города. Он объяснил им свои идеи и добился согласия на то, что в лесах тамошних дваров, или по крайней мере на границе с их лесом, необходимо поставить что-то вроде постоянно действующего лагеря с полудесятком антигравов, с сотней вооруженных ребят, с постоянным сообщением с Боловском, чтобы в случае чего не пропустить момент, когда пауки снова двинутся на человечество.
Пару следующих недель Рост оказался очень занят. Он носился как полоумный на встречи со своими, местными дварами, разговаривал с разными их «мамашами», чтобы они помогли наладить посольство к ящерам по ту сторону болот. Это оказалось непросто, двары с этой стороны болот, называемых Водным миром, не очень-то знались с теми, кто обитал в тамошних лесах. Но в принципе помочь согласились, если на гравилетах людей двух ящеров перевезут на ту сторону и им предоставят возможность первичных переговоров.
Ящеров перевезли в самом большом грузовом антиграве, одного из них местные не приняли по каким-то сложным клановым представлениям, царящим в сообществе хвостатых великанов, но со вторым вести переговоры согласились. Потом Ростику пришлось несколько раз мотаться к тем дварам, которые обитали на юге, и уламывать, уговаривать, торговаться. В какой-то момент он даже думал, что ничего не получится, но потом вдруг все разрешилось, и совсем неплохо для людей. Стоять лагерем до весны в своем лесу двары людям разрешили, даже обещали что-то вроде поддержки, но потребовали совершенно невероятную цену – раз в месяц отвозить десяток их мужичков, в обязанность которых входило ухаживать за их «мамашами», на ту сторону болот, и с той стороны поставлять таких же… производителей, как выразился Пестель. А Ким сказал еще определеннее:
– Вот уж не думал, что они потребуют в первую очередь улучшить половую жизнь их теткам.
– Не половую жизнь, а… – Пестель, как и все, кто слышал этот разговор, улыбался, но идея у него была совершенно серьезной. – А обеспечить приток новой крови. Ты пойми, – он иногда, как в прежние времена горячился по пустякам, хотя стал уже гораздо опытнее и умнее с годами, – выживание любой расы тут очень зависимо от исходной популяции, а она вырождается. Не знаю, в чем дело, то ли в расстояниях, то ли во враждебной обстановке, которая давит не только на людей, но и на них…
– Болото не позволяет им обмениваться «производителями», – Ким хмыкнул, но уже скорее по инерции, чем из желания валять дурака.
– Вот я и говорю – смесь факторов расстояния и враждебной среды, – кивнул Пестель. – Сейчас они увидели возможность решить эту проблему с нашей помощью.