– Это, действительно, очень грустная история, – сказала я, вытирая всё-таки скатившиеся по щекам слёзы.
Встречающий молча кивнул, соглашаясь тем самым с моим комментарием и принимая моё сочувствие.
– Ну а потом, как ты, наверное, уже догадалась, я начал всё забывать. Сначала не смог вспомнить своё имя, потом возраст, затем облик… Помнишь, я говорил, что мы добавляем к названию этого места ещё одно слово? Так вот, это слово забвение. «Лабиринт забвения» звучит более правильно, увы. Единственное, что я помню о своей прошлой жизни так это то, что я был человеком мужского пола. Больше ничего. Чуть позже я утратил не только память, но и самого себя… Однажды я поднес руку к лицу и увидел, что она стала прозрачной. Кажется, я даже не испугался. К тому моменту мне уже попадались такие персонажи, каким я стал сам в настоящее время. И я знал, что меня ждёт.
– Подожди, – перебила я. – Но ты ведь помнишь комнату из своего детства! Ты только что описал её так живописно, как будто я сама побывала там!
– Всё верно, я помню её. Ведь это происходило уже здесь. Ты тоже будешь помнить всё, что было и что будет с тобой в стенах Лабиринта. Но это будут уже отдельные воспоминания, без привязки к твоей прошлой жизни, если ты понимаешь, о чем я говорю. Попади я снова в эту комнату, я не испытаю уже никакого восторга от увиденного. Конечно, я не желаю тебе такой участи, но ты должна быть готова к ней.
– Разве к такому можно быть готовой? – уже дважды за последние несколько минут произнесла я, и поёжилась.
Думать о таких мрачных и пугающих перспективах в отношении себя было жутко до шевеления волос на голове. Чтобы как-то отвлечь себя от подобных мыслей, я решила продолжить свой бесконечный допрос:
– Ну а какие-то потребности у тебя есть? Ты испытываешь голод, усталость, желание поспать?
– О, нет! – почти весело откликнулся Встречающий. Видимо, постепенно к нему возвращалось его привычно-бодрое расположение духа. – Никаких физических потребностей у гостей нет. Ты ведь это тоже заметила за собой?
– Да, но… Как же так? – Я была в полной растерянности. – Чем вы здесь занимаетесь? Сколько времени каждый из вас провел здесь в качестве узника?
Мой собеседник улыбнулся какой-то загадочной и хитрой улыбкой:
– Мы не узники, Кэт. Я не случайно ввёл в обиход понятие «гости». Оно как бы говорит, что мы здесь не навсегда, и когда-нибудь каждый из нас обязательно вернется домой.
– Это всего лишь замена терминов. Попытка уйти от реальности, – не согласилась я.
– Возможно. Но так проще, и скоро ты это поймешь. Что касается времени, то его как такового здесь нет. Кто-то появился раньше, кто-то позже, но всё это не имеет значения. Мы занимаемся тем, что продолжаем искать свой путь, общаемся друг с другом, в том числе и на телепатическом уровне. Кстати, скоро и у тебя появится этот навык! Он зависит от плотности гостя. Сейчас ты ещё слишком плотная, как я и говорил. Но как только твоё тело начнёт приобретать прозрачность, ты и сама сможешь слышать мысли других гостей и передавать им свои.
– Нет уж, спасибо. Весьма сомнительное удовольствие, – пробурчала я. А затем, посмотрев на парящего в воздухе Встречающего, добавила: – И летать я тоже не хочу.
Он как-то забавно хмыкнул в ответ на мою реплику, но ничего не сказал. Повинуясь какому-то внезапному порыву, я вдруг протянула руку в его сторону. Однозначно поняв моё движение, Встречающий тут же легко поднырнул под неё, словно соскучившаяся по ласке кошка. Моя рука увязла в какой-то мягкой субстанции, похожей на вату.
– Ты тёплый. И не такой уж эфемерный, – озвучила я свои ощущения.
– Да, у меня ещё есть немного времени в запасе. Вот Шипящий уже настолько прозрачен, что порой мне кажется, что он уже стал частью Лабиринта. Или растворится в нём вот-вот…
– О, это тот неприятный тип в моей голове, – поморщилась я.
– Зря ты так. Он хороший. Да, немного нахальный и порой ворчливый до занудства. Но он многим помог здесь. Его равнодушие и даже высокомерие – это всё напускное.
– А почему Шипящий? – спросила я уже с интересом.
– Ну, ты же слышала его речь. Проблема с дикцией – такой вот привет из прошлой жизни. Он сам себя так назвал. У него довольно своеобразное чувство юмора, знаешь ли. – Улыбка и теплота в голосе Встречающего говорила об особом расположении к… другу, наверное.
Мы немного помолчали, думая каждый о своем. Я пыталась выстроить иерархию из вопросов по степени важности, с удивлением отмечая, что почему-то их становится всё больше, а никак не наоборот. А о чём думал Встречающий, мне было неизвестно.