Я рассказал ему всё, как есть, подбирая наиболее мягкие слова, чтобы не напугать сильнее, чем он уже был напуган. Но я зря боялся. Мальчик несказанно обрадовался тому, что с ним произошло, и почти бегом бросился на поиски Своей Двери.
А в следующий раз я встретил его снова здесь же, причем довольно скоро по моим собственным ощущениям. Вот только Ганс уже был не ребёнком, а семнадцатилетним юношей. Разумеется, он изменился, окреп, возмужал, но не настолько, чтобы я не смог узнать его. Тем более с его удивительной внешностью. Ганс рассказал мне увлекательную историю о том, как он почти сразу же нашел Свою Дверь, через которую ушёл в другой мир. Похожий на наш, но со своими особенностями, обычаями и культурой. А самое главное, что этот мир оказался добрее к одинокому мальчику.
– Тогда почему ты снова здесь? – спросил я его с удивлением.
– Сегодня я решил, – задумчиво ответил мне юноша, – что это всё-таки не мой дом. И как только я об этом подумал, то очутился здесь.
Я был слегка обескуражен, но мне ничего не оставалось, как пожелать ему удачи в новых поисках.
Прошло ещё какое-то время, и я снова встретился с Гансом в этом же зале. На этот раз ему было чуть больше тридцати. Он заметно раздался в плечах и отрастил волосы. На нем была алая парчовая мантия до пола, а на голове золотой королевский венец. Теперь, уже мужчина в полном расцвете сил, он поведал мне о том, что наконец-то обрел свой дом, семью и даже верноподданных. Новый мир не просто принял его, но и позволил стать ему великим правителем.
– Что же тогда снова привело тебя в Лабиринт? – в очередной раз удивился я.
– В моё королевство пришла беда, страшная эпидемия унесла уже сотни жизней. Я знаю, как помочь своим людям, но для этого мне нужно лекарство на основе химических элементов, которых нет в нашем мире. Но зато они есть в других. И я должен добыть их для своих подданных.
С этими словами он исчез в коридорах Лабиринта, потому что очень спешил. Больше я не встречал Ганса в этих стенах, но совсем не удивлюсь, если это был не последний его визит.
Именно тогда в обиходе и появилось еще одно название для этого места – Межмирье.
*******
Встречающий закончил свой рассказ и замолчал в ожидании моей реакции.
– А ты что, понимаешь немецкий? – задала я свой первый и, пожалуй, самый глупый вопрос. Увидев его снисходительную улыбку, я поспешила оправдать свою оплошность: – Ну, да, да! Теоретически здесь все должны понимать друг друга независимо от расы и языковых принадлежностей, но кто знает, как обстоят дела в действительности?
– Так и есть, Кэт. Все гости понимают друг друга и говорят на общем языке. Кстати, позволь добавить к твоему списку формулировку «независимо от вида». Поскольку Лабиринт, в том числе, может выступать как портал между мирами, то, по сути, сюда может попасть любое существо, то есть не обязательно человек.
– А тебе встречались такие… ну, существа?
– Нет, но я не исключаю такой возможности, как уже и сказал.
– Ясно, – задумчиво произнесла я, продолжая обдумывать сказанное. Необычная история Ганса, действительно, была весьма любопытной. Она позволяла взглянуть на Лабиринт с другой стороны. Для него это место, однозначно, не было ловушкой. А даже, наоборот, оказалось спасением. Из этого случая определенно нужно попытаться сделать правильные выводы.
– И какой же вывод сделал ты? – подслушал мои мысли Встречающий.
– Похоже, что он попал сюда неслучайно, – начала я рассуждать вслух. – А в третий раз я даже уверена, что намеренно! Вопрос только в том, как именно он это сделал?
– Здесь как раз всё понятно, – подхватил мой собеседник. – Он просто загадал желание.
– По-твоему всё настолько элементарно? Я уверена, что не найдется такого человека, который хоть раз не загадывал бы желание в свой день рождения, в новый год, на падающую звезду или как-то ещё! Людям свойственно мечтать! Почему же тогда абсолютно все не попадают сюда, просто загадав желание?
– А вот это очень правильный вопрос! – оживился Встречающий и даже изобразил поднятый вверх указательный палец. – Я тоже думал об этом! И пришёл к выводу, что сюда попадают только избранные!
– О, не смеши меня, приведение! – засмеялась я слегка нервным смехом. – Я, конечно, ничего не знаю о тебе, и твоих «ребятах», но поверь, я точно знаю, что я никакая не избранная! Более обычного среднестатистического подроста ещё поискать надо.