– Я узнаю, кто твой парень, и набью ему морду.
Эти слова вызвали у Кобет улыбку.
– Мальчик мой, – сказала она, погладив мастера по щеке. – Когда ты узнаешь, кто мой парень, ты просто обделаешься на месте.
Не сказав больше ни слова, она покинула ателье.
106
До установленного самому себе подъема Брейну оставалось спать еще два часа, когда неожиданно в дверь постучали.
Он поднялся и, глянув в монитор безопасности, обнаружил Спота. Пришлось разбирать традиционную баррикаду, после чего Брейн открыл дверь и впустил нежданного гостя, держась настороже, – от Спота можно было ожидать чего угодно.
– Спишь?
– Разумеется. А ты чего в такую рань приперся?
Спот не ответил и, только оказавшись в гостиной, сказал:
– Стволы. Я хочу, чтобы ты отдал мне их.
– И из-за этого пустяка ты разбудил меня?
Брейн прошел мимо Спота, выдвинул ящик бюро и раздраженно проговорил:
– Забирай и проваливай, я еще немножко посплю.
Спот осторожно заглянул в ящик, все еще не веря, что Брейн так легко расстается с оружием.
Потом вынул оба пистолета и, проверив их, кивнул.
– Порядок, извини, что побеспокоил. Служба.
– Понимаю, – кивнул Брейн и проводил Спота до двери. Затем закрылся на замок, восстановил баррикаду и вернулся в гостиную, где предпочитал спать. Он приподнял подушку и полюбовался хорошо вычищенной «девяткой», полученной от Чаки. С полным магазином в двадцать два патрона.
Несмотря на беспокоящий визит, Брейн сумел уснуть и встал по будильнику, после чего сделал легкую разминку и отправился в душ.
Делать сегодня он ничего не планировал, поскольку мяч, а точнее, несколько мячей сейчас были отправлены на сторону противника. Теперь следовало ждать, что эти злодеи против него предпримут.
Несмотря на перестрелку в центре, связанную с попыткой его похищения, Брейн решил пройтись по ближайшей к микрорайону улице, ведущей в центр.
Пусть его прогулка походила на опасную провокацию, однако просто сидеть дома и пялиться в ТВ-бокс было нельзя. Правила игры требовали действовать инициативно.
Не прошел Брейн и трех сотен метров, как из утреннего потока машин выкатился полицейский автомобиль и, обогнав его метров на двадцать, притормозил у тротуара.
Из машины вышли двое: полицейский, канзас-лейтенант, и сержант-гоберли. Они, волнуясь, нервно одернули мундиры и преградили Брейну путь.
– Томас Брейн? – спросил лейтенант.
– Нет, – покачал головой Брейн.
– Сэр, мы знаем, что вы Томас Брейн, и кое-кто в машине хочет с вами побеседовать. Пройдите туда, а мы подождем здесь.
Брейн покосился на машину, сквозь слегка затонированные стекла был виден силуэт сидевшего сзади пассажира.
– Хорошо, я поговорю, – сказал он и, подойдя к полицейскому авто, осторожно приоткрыл дверь, обнаружив, что пассажир в военной форме с полковничьими серебряными «орлами». После этого он открыл дверь шире и забрался в салон, захлопнув дверцу.
– Где-то я вас видел, – первым заговорил Брейн.
– Да, в хозяйстве полковника Вильямса.
– Точно. Вы стояли возле стены в спортзале, когда я спарринговался с вашими парнями.
– Да, капитан, именно так. Я попросил полицейских поспособствовать мне в вашем поиске. Но, понимая, какая в полиции обстановка, воспользовался только личными связями – один из полицейских мой родственник.
– И вот вы меня нашли, сэр. Что дальше?
– Я хочу предложить вам выйти из резерва и поступить на действительную службу.
– Неужели полковник Вильямс изменил концепцию?
– Он в госпитале, и врачи дают плохой прогноз.
– Ранен?
– По всей видимости, отравлен.
– И кто под подозрением?
– Вы могли не задавать этот вопрос.
– Да, ответ очевиден. И что, они ничего не боятся?
– Раньше опасались, однако отравление, которое выглядит как заболевание лихорадкой Горха, имеет мало перспектив для расследования.
– Значит, вы решили собрать всех, кого отверг полковник Вильямс?
– Так точно. Уверяю вас, это были специалисты, которые могли бы украсить личный состав любой части. Однако у полковника были свои принципы, и мы их уважали до поры до времени.
– Значит, если я вернусь…
– Вы тотчас получите под свое руководство штурмовой взвод. Правда, ребята там еще сырые, вам придется какое-то время ими серьезно позаниматься, однако три-четыре недели для их дообучения мы вам можем представить.
– Я бы с готовностью принял такое предложение, ведь примерно на это я и рассчитывал, полковник, однако сейчас я оказался в такой ситуации, что мне необходимо еще какое-то время, чтобы из нее выпутаться.