– То есть на случайность не похоже?
– Не похоже. Но похоже на плотную профессиональную поддержку, причем практически незаметную.
– И никакой Джонатан Ганетти на подобное не способен.
– В том-то и дело, сэр.
– А что говорят наши агенты из ИСБ?
– Они ничего не знают.
– Даже тот, который…
– Даже он, сэр.
– И какой из этого следует вывод?
– Учитывая, что почерк профессиональный, мы думаем об ИСБ. Но наши агенты там ничего не слышали о подобной операции, даже те, через кого проходят подготовительные этапы. Остается одно – для поддержания режима секретности операции ИСБ проводит их с участием структур, засекреченных в самой службе.
– И очень хитрых структур, ведь мы до сих пор не разгадали, зачем Томас Брейн сам пришел и сказал, что он стрелок под контрактом.
– Полагаю, сэр, что мы в данном случае потеряли оперативную инициативу и, возможно, на данном этапе проигрываем какую-то часть нашей битвы.
– Вы сообщаете невеселые вещи, Гауп.
– Невеселые, сэр. И для меня вдвойне, поскольку я отвечаю за безопасность.
– Вы провели прекрасную операцию против полковника Вильямса и начальника его лаборатории. Уже неделю у нас на подземном фронте полная тишина. Выработки грунта в штольнях идут рекордными темпами, завод по производству синтетического кормового белка строится полным ходом. Мы в выигрыше, Гауп.
– Но это лишь одна сторона, сэр. Есть другая. Наши враги что-то делают, где-то, условно говоря, закладывают под нас фугас, а мы не знаем и в ближайшей перспективе можем не узнать.
– Полагаете, они устроят целое наступление? Думаете, могут подготовить его втайне?
– Они уже проводят операцию на таком секретном уровне, который нам и не снился. Случись что – у нас даже крейсера нет, и уйти его вынудили тоже они – параллельная структура ИСБ.
Гауп замолчал и только сейчас понял, что для начальника службы безопасности говорил слишком эмоционально. Даже пот на лбу выступил, как у какого-нибудь варвара.
Впрочем, похоже, Робер на манеры Гаупа сейчас внимания не обратил, он сцепил пальцы рук и, уставившись в полированную столешницу, сосредоточенно обдумывал выводы начбеза.
Во многом тот был прав. Нельзя исключать, что скоро противник разовьет наступление.
Такое уже было на Ритане. Вдруг начались аресты в министерствах, потом в полиции, в самой ИСБ и других спецслужбах. Затем полетели агенты помельче – в администрации регионов, городов, районов.
А в финале оставшуюся без информационного прикрытия колонию хебе атаковали специальные войска, и тайные гарнизоны быстро пали.
Сбежать удалось только руководству, и так хебе потеряли Ритан.
– Мне смонтировали бомбу, Гауп.
– Кто?
– Ну кто у нас занимается такими делами? Особое подразделение строительного отдела и саперы майора-инструктора Двиннера. Для вас это новость?
– Прошу прощения, сэр, просто заработался, вот и ляпнул… Прошу прощения.
На самом деле Гауп не являлся сторонником применения бомбы с бациллами, которая по плану, разработанному самим Робером, должна быть выпущена по городу для отвлечения внимания при эвакуации с планеты.
Возможно, это действительно эффективное средство, но Гауп предлагал кое-что попроще – диверсии на предприятиях химического комплекса города. Эффект отвлечения был бы не хуже, а жертвы минимальные.
Гауп не сомневался: чем более жестко хебе будут действовать против аборигенов, тем хуже пойдет работа по инфильтрации и общему внедрению.
Сейчас многие агенты из администраций и спецслужб шли на сотрудничество ради денег, прекрасно понимая, с кем имеют дело, при этом, конечно, они колебались, выбирая между собственной выгодой и патриотизмом.
В случае же акций против населения, в особенности средствами вроде лихорадки Горха, вербовка пойдет существенно сложнее.
– Я знаю, что вы сторонник обычной диверсионной тактики для отвлечения внимания, дорогой Гауп, однако уже то, как изящно вам удалось заразить полковника и его начальника лаборатории, применив электронно-оптические средства, говорит о большой перспективе этого метода. Испытание в масштабе миллионного города покажет нам всю силу и возможности этих боезарядов.
Гауп кивнул.
– Вы только представьте – не будет никаких трудностей с установкой заводов и лабораторий, хранилищ первичной выдержки и озонариев. Все это можно будет строить прямо на поверхности, нужно лишь предварительно применить заряд, и через пару лет можно смело заселять освободившиеся территории.