Можно было не сомневаться, что он успел испортить их содержимое.
Резак уже хотел приложить к приемнику своего дорогого диспикера первый чип, как Брейн сказал:
– Сэр, я не исключаю, что, побыв в карманах Спота, информация на чипах могла испортиться – такое бывает. Поэтому предлагаю вам посмотреть эти видео в хорошем качестве.
– И каким же образом?
– Вы могли бы передать мне ваш аппарат?
Резак мгновение поколебался, затем отдал диспикер канзасу, и тот, осторожно приблизившись, подал Брейну диспикер на вытянутой руке.
Тот быстро набрал нужную комбинацию, распароливая облачное хранилище, и оба ролика за одно мгновение развернулись на аппарате связи.
– Пожалуйста, сэр, – сказал он, возвратив диспикер через канзаса.
Резак начал смотреть.
– Первая запись вам знакома, сэр. Ее должны были найти в квартире стрелка полицейские после гибели злодея. Вы собирались свалить на меня покушение на прокурора, но мне удалось найти чип после визита Спота. Однако тут все понятно, и ролик вам знаком, а теперь переходите на следующий.
Резак продолжил просмотр.
– Что это за хрень? Это же я!.. Что это значит, Брейн?
– В тот же день, еще до Спота, меня навестила мисс Кринсманн в сопровождении охранника Альберта. Как она объяснила, чтобы посмотреть, хорошо ли я устроился. И они также подбросили мне чип в качестве улики, чтобы было на кого списать результаты своих планируемых акций.
– Это что же?! – воскликнул Резак, отбрасывая диспикер. – Спот, ты это видел?!
– Только вкратце поглядел на посту, сэр! У тех копий было плохое качество!..
Брейн слышал, что голос Спота звенит от напряжения.
– Зови сюда эту суку! – потребовал Резак. – Хотя нет – ты, Кравец, давай тащи ее сюда!..
Брейн чуть сместился в сторону, чтобы краем глаза видеть Спота.
– Ах она сука!.. Ах она тварь!.. Я же для нее… Я ж ее из такого захолустья вытащил!.. – продолжал негодовать Резак, бегая по комнате и почти забывая об опасном Брейне.
Ждать пришлось недолго. Брейн даже предположил, что Кобет также знала о его сегодняшнем приезде и находилась неподалеку, чтобы исполнить собственную роль в пьесе, которую писала сама.
Жаль только, во всех здешних пьесах Брейну предлагалось сыграть одну и ту же роль. А он уже довел ситуацию до такого градуса, что мог закрыть представление, выхватив в нужный момент оружие, однако ему не хотелось оставлять слишком много следов, а значит, его участие должно быть минимальным.
Кобет появилась первой, за ней едва поспевал Кравец.
Она была, как всегда, неотразима, в каком-то новом топе из шелка с вышивкой мелким жемчугом.
Косметика, прическа – все было в порядке. Она как будто готовилась к этому выходу, как к какому-то торжеству.
– Ты – тварь! – сразу заорал Резак. – Я столько для тебя сделал, а ты решила меня завалить, да, тварь?! Вместе с этим Альбертом?! Да я сегодня же его лично распотрошу – живого!.. Живого!.. – продолжал неистовствовать Резак, потрясая руками со скрюченными пальцами. – Ты, наверное, еще и трахалась с ним, сука?!
– Да, трахалась, – с улыбкой подтвердила Кобет. – Но не с ним одним. Я трахалась с семью твоими охранниками! С семью!..
– Ах… Ах… – Резак затрясся от ярости, у него уже не находилось слов для ругательств. – Вали ее, Спот! Вали ее немедленно!..
Спот вскинул пистолет, и Кобет улыбнулась ему самой очаровательной из своих улыбок.
Грянул выстрел, и Кравец, вскрикнув, рухнул навзничь, выронив оружие.
Затем Спот выстрелил еще дважды – первая пуля свалила Резака, а вторая прошла мимо Брейна, который уже был в прыжке, чтобы опрокинуть тяжелый стол и оказаться под защитой его литой столешницы.
– Я обожаю тебя, мой рыцарь, мой герой! – почти пропела Кобет, направляясь к Споту, который все еще поглядывал на стол, за которым укрылся Брейн.
– Оставь его на десерт, милый, я сама пристрелю его, если ты не против… А пока…
С этими словами она обняла его и наградила таким поцелуем, о котором Спот так долго мечтал.
Брейн наблюдал за их объятиями, выглядывая из-за поваленного стола, и распакованный «чиканто» уже лежал в его руке.
Наконец, чуть отстранившись от Спота, Кобет вдруг сомкнула на нем объятия с такой чудовищной силой, что Брейн услышал, как затрещали кости помощника Резака. А потом она ослабила захват, и некогда грозный и опасный убийца, навевавший страх даже на тех, кто не был с ним знаком, сполз по стене на пол, как тряпичная кукла.
Покончив с ним, Кобет повернулась к Брейну. В ее руке был пистолет Спота.