Также у Спота была почти неограниченная касса. Резак ему доверял, тем более что деньги на подкуп ни по каким отчетам проверить было невозможно.
Спот ставил выпивку уборщикам помещений, не брезговал угостить дешевых проституток, щедро давал на чай официантам в нужных заведениях, и у него повсюду были приятельские связи, при том что обычно он пользовался простым, но эффективным гримом и главным было не забывать, где в каком виде он представал.
Вся его работа собиралась в отчеты, которые он и представлял Резаку, однако тот, как правило, отказывался их читать сам, предпочитая слушать и вставлять замечания или уточнять некоторые заинтересовавшие его моменты.
– Ты сказал, Лазерс возит товар из Конто, но я слышал, что Чиррах перевел его на реализацию…
– Так точно, сэр, перевел на реализацию, а на его место поставил Уикли Хромого. Но тому сломали челюсть в баре «Штаны», и он на какое-то время вышел из игры, поэтому Лазерс временно его подменяет.
Резак никогда не хвалил Спота, но часто подбрасывал ему щедрые бонусы, поэтому в деньгах Спот не нуждался и «налево не смотрел».
Правда, помимо основной работы Резак давал Споту дополнительные задания.
– Слушай, тут так получилось, что у нас бригадир лишний оказался, – говорил он после очередного доклада.
– На Вест-Энде?
– Нет, на Сабуроте.
– Это срочно?
– Не особенно. Но к концу недели место должно быть свободно.
И Спот освобождал место очень эффективно, так что потом найти пропавшего бригадира уже никто не мог. Хотя он старался выполнять подобную работу, не афишируя ее перед личным составом, со временем бандиты стали считать его личным палачом босса, хотя у того для подобных целей имелось несколько специальных сотрудников.
58
Спот уже садился в минивэн, когда к нему подошел один из охранников.
– Босс сказал, чтобы ты подождал.
Спот посмотрел на него и кивнул.
Охранник отошел, а Спот стал ждать, не закрывая окна, чтобы вовремя заметить, когда появится Резак.
Вскоре он показался в сопровождении Кобет. Она что-то негромко ему говорила, при этом активно жестикулируя. Резак ей ответил, и она, развернувшись, ушла в дом, а он направился к ожидавшему лимузину.
Спот вышел из минивэна, и Резак коротко махнул ему, подзывая.
– Прокатишься со мной, – сказал он подошедшему Споту. Тому оставалось только сесть рядом с боссом в вип-отсек, имевший отдельное бронирование и дополнительные системы безопасности вроде теплоизоляции, автономного снабжения кислородом и даже бокса с запасом воды и натуральных сублимированных продуктов.
Отворились тяжелые ворота, и машины одна за другой выскочили за пределы особо охраняемого периметра. Закрутились под кожухами радары, задвигались десятки камер, провожая кавалькаду криминального короля районного масштаба.
Когда ворота закрылись, вставая на сверхпрочные автоматические запоры, слежение за лимузином перешло к полудюжине охранных спутников, принадлежавших компании, одним из владельцев которой являлся Джонатан Ганетти.
Пока он разъезжал по городу и пригородам на своем лимузине, в его логове на плюс втором этаже находилась в полуминутной готовности штурмовая команда из двадцати бойцов, которые оперативно выдвигались к месту возможной засады.
Если до места засады было недалеко, использовались автомобили, если добираться было дольше получаса – летели на двух геликоптерах. По-настоящему эту группу еще ни разу не использовали, но на тренировках они управлялись довольно быстро.
– Я вот о чем подумал, Спот, – произнес Резак после двухминутного молчания в вип-отделении, где не было слышно шума автомобиля. Там даже не трясло благодаря безупречной работе гидравлических компенсаторов.
Спот не впервые ездил с боссом в этой камере, однако всякий раз испытывал дискомфорт, ведь здесь было слышно не только дыхание, но даже урчание в животе.
– Я вот о чем подумал, Спот, – повторил Резак, изменяя компенсаторную регулировку и внося легкое покачивание и проникновение дорожного шума. – Почему ты не задавал мне вопросов после ухода славного Томаса? Неужели их у тебя не было?
– Если подчиненный задает слишком много вопросов, он напрашивается на увольнение, – парировал Спот.