– Вообще-то, – продолжал он с энтузиазмом, – я могу отпечатать перечень вопросов заранее. Ты предварительно ознакомишься и сориентируешь миссис Линэм. Статья будет состоять только из этих вопросов, ты просмотришь готовый материал заранее. И вычеркнешь лишнее, если сочтешь нужным.
Кендал ничего вразумительного ответить не могла и наконец согласилась.
– Ладно, – сдалась она. – Спасибо.
Мэт робко потянулся к ней.
– Иди сюда. Мне кажется, ты хочешь, чтобы я тебя обнял.
Она в порыве нежности прильнула к нему и замерла в его объятиях. За ужином у Гиба ей так и не удалось порадовать мужа сногсшибательной новостью.
Сперва она хотела осчастливить их обоих, но потом передумала. Все-таки Гиб для нее оставался чужим, а это особое событие требовало определенной интимности. Она ревностно относилась к мужу и ждала, когда они окажутся одни.
И вот наконец они остались вдвоем.
Кендал уже открыла было рот, но он первым нарушил тишину.
– Кендал? – Он слегка отстранился и ласково потрепал по щеке. – Ты так расстроилась сегодня. Могу ли я рассчитывать сейчас на исключительное внимание с твоей стороны?
Так даже лучше, подумала женщина. Сначала они займутся любовью, а затем, утомленные страстью, захотят отдохнуть. Вот тогда она ему и сообщит… Кендал с радостью обвила его за шею.
– С огромным удовольствием, – шепнула она. Она нежно ласкала мужа, наслаждаясь его физическим совершенством, скрытой энергией выпуклых мышц, страждущим мужским естеством. Очаровательное, волнующее состояние близости, в которое, по его словам, они давно уже не погружались.
Но самый интимный момент оказался не таким упоительным, как раньше. Почувствовав сильное возбуждение, он в нетерпении сильно и резко вошел в нее, и ей, не совсем еще готовой, стало больно. Вместо невероятного наслаждения, которое ей так хорошо знакомо!
Правда, при этом предполагалась продолжительная любовная игра, постепенно пробуждающая глубокое желание и лишающая ситуацию свойственной ей неловкости.
Некоторое время спустя он виновато улыбнулся.
– Как ты?
Она, не колеблясь, соврала, чтобы не задеть его самолюбия.
– Ты слишком занята в последнее время, Кендал, – буркнул Мэт недовольно. – Мы перестали понимать друг друга. Отец прав.
Она приподнялась на локтях.
– Прав в чем?
– Ты слишком много времени проводишь на работе и почти не бываешь дома.
– Ты перемываешь мои косточки с отцом?
– Не заводись, – оборвал ее Мэт. – Я тебя ни в чем не обвиняю. Я просто спрашивал его, как мне себя вести, чтобы ты не была такой отстраненной.
– Мэт, не придирайся ко мне, – обиженно воскликнула Кендал. – Вчера вечером я предупредила тебя, что задержусь на работе допоздна. Ты абсолютно не возражал, поскольку тоже собирался побыть с друзьями, а не дома. Когда ты вернулся, я уже ждала тебя в постели.
– Не сходи с ума.
– Ах, не сходить с ума? Ты постоянно все передергиваешь. Я задерживаюсь только в редчайших случаях, когда у меня много работы. Если тебя нет допоздна, то это всего-навсего значит, что ты веселился с Гибом и со своими друзьями.
– Ты просто ревнуешь.
– Это вовсе не ревность.
– Но здорово смахивает.
– В таком случае я могу утверждать, что ты ревнуешь меня к работе.
– Да, действительно, и не отрицаю это. Потому что ты чертовски поглощена своей карьерой.
– Я просто люблю свою работу. Будь я мужчиной, меня бы просто называли энергичным человеком.
– Но ты не мужчина, а женщина. И твоя деятельность мешает тебе выполнять обязанности жены. – Мэт немного смягчился, ласково привлек Кендал к себе и загляделся на ее волосы. – Дорогая, я ненавижу наши ссоры.
– Я тоже, Мэт, – отозвалась она, – но иногда после размолвок все встает на свои места. Перед нашей свадьбой ты прекрасно знал, что я хочу преуспеть, сделать карьеру. Мне нравится адвокатская практика. И я хочу добиваться справедливости для…
– Я все знаю, – перевал он ее монолог. – Я горжусь тем, что ты занимаешь такое положение. Но не слишком ли ты горишь на работе? Неужели нельзя больше внимания уделять себе? И мне, своему мужу. Кроме того, неплохо тебе поинтересоваться общественной жизнью города, почаще общаться с нашими женщинами. Послушай, принадлежность к влиятельной группе дает немало преимуществ. А это куда предпочтительнее, чем держаться особняком.
Он ласково поцеловал ее в макушку.
– Отец считает, что нам нужен ребенок. Тогда в твоей жизни появится внутреннее равновесие. Я теперь полностью согласен с ним. Давай заведем ребенка, Кендал. И приступ им к этому прямо сейчас.
Естественно, абсолютно не в такой атмосфере Кендал мечтала сообщить мужу, что их долгожданный ребенок уже зачат.
Они снова занялись любовью, но Кендал так и не погрузилась в то упоительное наслаждение, которое прежде всегда сопровождало их интимные отношения. И виноват во всем был Мэт с его дурацкими замечаниями и упреками. А он, увлеченный идеей зачатия, даже не заметил, что она не отвечает взаимностью.
Глава восемнадцатая
– Что ты здесь делаешь?
– Хочу поехать в город вместе с тобой.
Джон уселся рядом с ней спереди, а костыли бросил на заднее сиденье.
– Нет, ты никуда не поедешь, – возразила Кендал.
– Еще как поеду.
Кендал постаралась не раздувать из мухи слона, дабы избежать дополнительных подозрений.
– Поверь мне на слово, это совсем маленький городишко.
– Я сам хочу посмотреть, – твердо сказал он, – и к тому же тебе не верю.
Черт побери! Ну почему ему захотелось поехать именно сегодня?! Может, вчерашний кошмар вызвал у него какие-то смутные воспоминания? Он во сне выкрикивал имена таких людей, при одной мысли о которых у нее кровь стыла в жилах. Стоит ему лишь вспомнить их, как он тотчас вспомнит все остальное. И тогда – ей конец, если только сам Господь Бог не поможет.
Вот почему она решила сегодня же уехать в город и больше сюда никогда не возвращаться.
– Слушай, стоит такая жуткая жара. – Она попыталась урезонить его. – Ты только устанешь и ничего больше. Почему бы тебе не подождать хотя бы еще денек? Ты отлежишься, отдохнешь, а потом, если уж ты так настаиваешь, я отвезу тебя в любое время. К примеру завтра.
– Я очень тронут твоей неустанной заботой о моем здоровье, но… – Джон упрямо покачал головой. – Я не выйду из машины. Тебе придется вытолкнуть меня, но у тебя вряд ли что-нибудь получится. Даже со своей сломанной ногой я гораздо сильнее. Все, разговор окончен, я еду.
Подобный мятеж был лишь делом времени, Кендал хорошо это знала. Он с каждым днем набирался сил и она постепенно, но бесповоротно теряла над ним контроль. Джон выздоравливал прямо на глазах и не исключено, что, почувствовав свою силу, он перехватит инициативу.
Он и так явно сомневался в ее объяснениях по поводу его нынешнего состояния, давно уже осознав, что она всячески скрывает правду. Вчера, отвечая на его вопрос о странном отвращении к Кевину, она еще как-то смогла сослаться на причуды амнезии. Но, похоже, неуклюжая уловка женщины не только не успокоила, а наоборот, лишь усилила его любопытство.
С каждым днем его интуитивное мышление все улучшал ось, и времени у нее почти не было. Она и так оставалась с ним много дольше, чем это позволяли приличия. Если он достаточно здоров, чтобы противиться ей, значит уже вполне способен защитить себя без всякой посторонней помощи.
Вот уже две недели ее раздирали противоречия: с одной стороны, страх перед тем, что к нему вернется память, с другой – страх перед необходимостью покинуть безопасный бабушкин дом. Это место, разумеется, не гарантировало ее полного исчезновения, но все же здесь намного лучше, чем на открытом шоссе, где полицейские уже давно ее разыскивают. Конечно, к этому времени шумиха, поднятая ее внезапным исчезновением из больницы, должна бы поутихнуть, дорожные посты погрузиться в свою обычную размеренную беспечность. Детально все проанализировав, она решила, что наступило самое подходящее время для отъезда.