***
Утро добрым не бывает, если вам надо идти на нелюбимую работу. А поскольку работу я свою любила, подорвалась я рано и, слава Богу, с ясной головой. О вчерашнем приступе жуткой боли ничего не напоминало, кроме растерянности от окончания вечера.
Но где же я видела папу Ксении… Вот не могу так, если мне кажется, что я где-то видела человека, буду все время думать об этом, пока, в конце концов, не вспомню. Что ж, будем думать!
А пока - любимая работа, жди меня. Банально – танцы моя жизнь. С раннего детства, когда мама отвела меня в кружок танцев недалеко от дома, я занималась тем, что мне действительно нравилось. Я перепробовала много танцевальных стилей, но в 13 лет «заболела» румбой и всей латиноамериканской программой, что и определило мою дальнейшую судьбу. Вы себе не представляете, какой это кайф - движение под любимую музыку. В танце я чувствую себя абсолютно свободной. Танец – это энергия для меня, я не трачу силы, а наоборот заряжаюсь ими.
А поскольку румба - парный танец, как говорят, история двоих, у меня была пара. Клементьев, мать его, Кирилл. В пару мы стали в 14 лет, и с тех пор, до 25 лет мы были не разлучны. Пара на паркете, пара в жизни. Я ответила ему взаимностью лишь, когда мне исполнилось 19. Он же начал осаду меня гораздо раньше. Меня интересовали лишь танцы, и на его заигрывания я не обращала внимания. А потом… мы столько лет были вместе, знали друг о друге все (во всяком случае, я так думала), так что стать его девушкой было для меня логично.
У нас получалось. Мы завоевывали, кубки, гран-при, чемпионаты. Нам оставалось совсем немного баллов, чтобы получить международный класс. Надо было лишь выиграть чемпионат. Но все резко изменилось за полгода до этого долгожданного события.
Все неожиданно и банально: я забеременела. По срокам выходило, что чемпионат должен состояться как раз, когда я буду на 9 месяце беременности. Естественно, о выступлении речь уже не шла.
Я была в шоке, Кирилл был в шоке. Он настаивал на аборте. От этого я вообще, честно говоря, опешила: как, человек, которого я любила, мог предложить такое! Как для него класс в танцах оказался намного важнее его ребенка? Но, как оказалось, еще бОльшая подлость была впереди.
Мы продолжали еще некоторое время репетировать. И однажды, во время высокой поддержки, он «нечаянно» меня уронил. У меня случился выкидыш. Я была на 4 месяце беременности… И что самое удивительное, первое, что он мне сказал, когда я пришла в себя на больничной койке: «Теперь мы сможем участвовать в чемпионате». Чемпионате!!! Все, что ему нужно – это гребаный чемпионат…
И он участвовал в нем. Но уже без меня.
Я долго морально восстанавливалась. Профессиональные танцы я оставила, но не смогла не танцевать. Открыла свою небольшую студию танцев для деток 5-15 лет, где просто учу танцевать для себя и своего удовольствия.
Дааа…как-то накатило на меня. Но пора двигаться на работу.
Собравшись и взяв ключи, спустилась к машине. И тут меня ждал сюрприз: ярко-алая роза, прижатая дворником к лобовому стеклу. Неожиданно. Приятно, черт возьми, хоть и не знаешь своего тайного поклонника. Аккуратно взяла розу и поднесла к лицу: ох, какой аромат. Так пахнут садовые розы, выращенные на воле, под солнцем. Интересно, есть пища для размышлений.
Я между тем села в машину и замерла: тонкий аромат мужского парфюма витал в салоне. Нечто свежее, но не навязчивое. Знакомое, но не могу понять что… И я сразу же вспомнила Андрея. Блин, да где же я его видела?! Стоп. Запах, знакомый запах…Книжный магазин… военный с грамотами в очереди позади меня…пара незначительных фраз…Он. Точно он. Тот, о ком я подумала, лишь мельком взглянув на него: «Вот это генофонд! Точно не местный, у нас таких нет».
Хм, а жизнь, оказывается, та еще шутница…