Глава 4
Андрей
Я все еще сомневаюсь в правильности своих действий.
Оставить розу на лобовом стекле машины и умчаться до прихода девушки – вообще не мой стиль. Ни разу не мой. Кто она, где живет и чем занимается я узнал еще тогда, когда встретил впервые в книжном.
И все! Остановился. Трезво взвесил через пару дней все обстоятельства и решил оставить все как есть. Очертя голову я уже один раз вляпался, когда женился на матери Ксении, Марине. Тогда мне казалось, что мне очень повезло: я познакомился с невероятной девушкой, которая, как говорится, была и умница, и красавица. Она понимала все тяготы военной службы и никогда не ставила мне в упрек мои частые командировки. Появилась дочка. И вот тут началось… Марина стала раздражительной, истерила по поводу и без. Но что больше всего меня беспокоило, я не видел любви к дочери. Да, уход, да присмотр, но нежности и трепета к своему ребенку не было. Понеслись упреки в том, что я не занимаюсь ребенком, работа для меня самое главное, она для меня престала быть привлекательной и я ее больше не люблю.
Я попросил свою маму, чтобы она помогала Марине с ребенком или по дому, на что она с радостью согласилась. И понеслось: встреча с подружками, шопинг, маникюры-педикюры ее волновали больше, чем дочь.
Однажды, она попросила отправить ее на курорт в Турцию, с подружками. Ксении тогда было почти три года. Яко бы ей скоро выходить на работу, и она должна морально отдохнуть перед выходом. Я согласился. Знал бы я, к чему это приведет…
В общем, она позвонила мне через неделю и «обрадовала» заявлением: мы разводимся. На курорте она, видите ли, встретила любовь всей своей жизни, какого-то Саида и остается с ним жить. Хотела забрать Ксению, но кто бы ей разрешил! Нас развели, и я всеми правдами и неправдами все-таки стребовал с нее отказ от Ксюни. Пусть она делает что хочет, но дочь не получит никогда! С тех пор я о ней ничего не слышал.
Так мы и стали жить вдвоем. Служба в армии и маленький ребенок плохо сочетались и если бы не мать, я не знаю, как все разрулил бы. Но сейчас я обещал дочке, что это моя последняя командировка и я больше никуда не буду уезжать. Я решил-таки принять предложение преподавать в военной академии, передавать, так сказать, опыт. Вот так началась моя гражданская жизнь.
Сказать честно, я уже и забыл про незнакомку из книжного магазина, и про свой порыв все о ней узнать. А судьба вон как повернула!
Дочь всю дорогу домой рассказывала мне, какая Ярослава Михайловна хорошая, как ей нравится ходить к ней на танцы, как она замечательно ладит с ребятами, какая она классная и стильная, в общем, самая-самая. Давно я не видел Ксению такой радостно-оживленной. И я ее понимал.
Несмотря на явное недомогание, Ярослава была прекрасна. Невысокого роста, с темно-русыми волосами, небрежно заплетенными в косу, она вызывала желание сделать для нее все, на что способен, и чуточку больше.
Голубые глаза с интересом смотрели на меня, а я подумал, что неправильно, наверное, вот так стразу понять – это сто процентов твой человек. Откуда у меня, боевого офицера, прошедшего то, что простым людям не надо знать, появилось это ощущение, я не знаю, но интуиции я привык доверять. Меня она еще не подводила.
За ночь я прикинул, что и как могу сделать, чтобы Ярослава стала моей. И пофиг на разницу в возрасте и возможного хахаля!
И вот я уже с утра пораньше смотался за тем, что должно ей понравиться: цветы. Банально! Согласен. Но надо с чего-то начинать. Только это не просто цветы. Селекционная роза из оранжереи Семеныча, в прошлом полковника, а ныне пенсионера и страстного любителя роз.
Можно, конечно, было встретить ее и с букетом. Но что-то мне подсказывает, что я был бы послан с ним далеко и надолго. А этого мне не нужно, поэтому действую медленно и наверняка.
Глава 5
Ярослава
Как, оказывается, давно у меня не было мужчины. Во всех смыслах этого слова.
Как это, оказывается, важно знать, что кто-то думает о тебе, делает что-то для тебя и ради тебя. Само ощущение внимания к себе как к женщине окрыляет.
Я каждый день в течение двух недель получаю свою розу. А тайный поклонник все еще остается тайным. Ну, и долго он будет шифроваться? Я пыталась его подловить: выходила раньше, караулила у окна, но все безрезультатно. Хорошо маскируется! Как-то уже хочется развития событий. Но над этим, судя по всему, я не властна.
А вот с отцом Ксении все как-то…странно. Он регулярно дважды в неделю стал сам приводить ее на танцы. Вежливо здоровается, интересуется успехами девочки, иногда, когда есть возможность, болтаем о погоде. Но меня смущает его взгляд. Такой, с хитринкой, что ли. Как будто он что-то знает про меня, или хочет сказать, но не говорит. Да и сам он, конечно, производит впечатление. Темноволосый, кареглазый, высокий. Не красавчик, но такие привлекают женщин. Есть в нем какая-то фундаментальная уверенность в себе и своих действиях. Взрослый, состоявшийся мужик, в общем.
Надо было видеть выражение лиц мамочек, когда он впервые привел Ксению сам. Каждая не раз прошлась взглядом по его подтянутой фигуре, а главное у него отсутствовало кольцо на безымянном пальце, что точно добавило интереса к нему. Со всеми он был исключительно вежлив и доброжелателен, но не более. На откровенный флирт со стороны некоторых дамочек не реагировал, хотя тонкие намеки на толстые обстоятельства не заметил разве что слепой.
Ксюша, конечно, удивительно светлый ребенок. Зачастую мы просто болтаем о том, о сём. В этом году она пошла в первый класс и много рассказывает про школу. Об уроках, что ей, как ни странно, нравится математика, о новых подружках и Сережке Филимонове, который таскает ей конфеты и иногда сменку. Везет же родителям, у которых такие дети. Для меня это больная тема, но в работе с детьми, глядя на их довольные лица, я нахожу свое исцеление.
Вот и сейчас Ксения остановила меня и спросила:
- Ярослава Михайловна, а можно вас попросить?
- Чем смогу - помогу, Ксюша.
- А вы могли бы помочь выбрать платье на новогодний утренник. Я там снежинкой буду. И нужен наряд. Сказали, что можно просто белое платье и корону. У меня нет платья белого. А папа как-то не очень разбирается в платьях. А с бабушкой как-то не хочется. Она хорошая, но мне не всегда нравится то, что она покупает,- затараторила девочка, волнуясь и глотая окончания некоторых слов.
Я, конечно, не ожидала такого поворота, но причин для отказа не видела.
- Ксюша, я не против. Только надо спросить твоего папу. Может быть, он будет против.
- Что вы, он разрешит. Вы ему нравитесь.
Вот тут я подвисла. Эм, что!?
- С чего ты решила, солнышко? – осторожно спросила я, одновременно желая и боясь ответа.
- Ну, как же! Он у меня после каждого занятия интересуется, как у вас дела, хорошо ли вы себя чувствуете и не спрашивали вы о нем. Сережка у меня всегда спрашивает, как у меня дела, а я ему нравлюсь. Значит, и вы папе нравитесь, только он почему-то у вас сам не спросит. Так вы поможете мне?
- Конечно помогу, Ксюша, - ответила я скорее машинально, переваривая детскую логику.
- Ура, я пойду, предупрежу папу. Ой, а когда вы можете? Мне бы поскорее…,- начала говорить с хитрым прищуром девочка.
- Хм. Когда? – задумчиво протянула я, - да хоть сейчас. Занятие у нас закончилось, планов у меня больше нет.
Сказала и сама себе удивилась: как-то неожиданно все вышло.
Ксюша умчалась и буквально через минуту вернулась с отцом, ведя того за руку.
По-моему, у Андрея было такое же ошарашенное выражение лица, как и у меня.
- Дочь, все же не стоило просить Ярославу Михайловну. Она наверняка занята.
- Нет. Она сама сказала, что совершенно свободна сегодня, правда ведь?- настаивала на своем Ксения.
- Все верно. Не беспокойтесь, Андрей, мне не сложно. Опять же, если вы не против,- ответила я посмеиваясь.
- Дочь, ты ставишь Ярославу Михайловну в неловкое положение, так нельзя. Моему вкусу ты не доверяешь?
- Пап, ну ты чего? Конечно, доверяю, но Ярослава Михайловна больше разбирается в моде, чем ты. Не обижайся.
Андрей обреченно выдохнул и кивнул.
- Ура!!!- с боевым кличем индейца девочка запрыгнула на отца и поцеловала того в щеку. Он же посмотрел на меня и открыто, но смущенно, улыбнулся.
Ох, девочки, держите мое сердце!