Вот и пришлось Германцам-Славянам брататься заново на ничейной земле Восточного фронта перепаханной снарядами Первой Мировой.
Война она кому мачеха, а кому и мать родная. Хотя бы тем, кто не успели перебить друг друга без остатка.
И, коли от души постараться, в чём угодно выкопаешь светлую сторону хотя бы даже в той Спецоперации, которая от слова “война” своей первой буквой намного отличается.
Но у нас так уж заведено, издавна, сверху сказано поменять и — поменяем.
Вот и тянется она, в которой мои внучатые племянники стреляют по моим внучатым племянникам на том основании, что призывались они военкоматами с разной орфографией на вывесках у двери.
И дочь моя прекратила со мной в Интернете общаться, поскольку не проявляю достаточной ненависти к стороне, что бомбила город, где живёт она и муж, и дети их же…
Киев бомбили
Нам объявили,
Что началася…
Нет, не объявляли, всё так же держат под именем СпОп, как когда-то ЗК. Зимняя Кампания — смахивает на спортивные сборы или другое, но тоже спортивное мероприятие, пока оттуда похоронка не придёт.
Ну а как у меня с пацанами теми (с обеих сторон)?
Ну а для пацанов с обеих сторон я, конечно же, подлый изменник.
Мне оно надо такое? Нет. А кому надо? ВПК оно надо.
Три буквы, что в любой державе имеются и вселяют опаску своей обкатанной неприступностью, всеохватной необходимостью, повсеместным на них равнением и почтением к ним же.
Всё сверяется с интересами трёх этих буков: от азбук детсадовских и до тончайших приборов на орбиту в целях модернизации с оптимизацией забрасываемых.
Как-то не сразу доходит заглянуть — а что же за ними?
Ну заглянул и — что там? Те же люди. Такие же как и я. Попадаются даже тупее меня (крайне изредка). А кой с кем в шахматы лучше и не садиться.
И я бы тоже мог быть одним из них, но не срослось как-то и то, что для них Спецоперация, для меня уже 3-я Мировая, хотя началась она в другом году 13 ноября, 10:13 в четвёртом часовом поясе от Гринвичского меридиана…
Двое моих учеников погибли в ней, третий ранен. Мои дети остались живы, к добру иль худу то уж их детям решать, но без меня — увольте…
То есть нет нашей вины, что кого-то радует прибавление нулей к нулям в списках, отчётах и сальдо-бульдах, а мой удел печаловаться за них счастливых. Каждый идёт путём ему предначертанным.
Я, например (извини ВПКовский брат — начинаю с чего попроще по причине привычности), являюсь маргинальным сыном калифорнийских детей цветов, хотя родился раньше их.
Ну а живу по завету песни Битлз (они родились раньше):
All we are saying is to give to peace chance.
Вот так и живу, рву на себе жилы, чтобы успеть, чтоб дать ему шанс ещё на день продлиться.
Ссу против ветра? Правда ваша, так я ж и не спорю.
Что? Шизофреник? Так а кто бы сомневался! Однако с параноиками попрошу не путать…
У нас к ним разговор особый, мы их мочили и мочить будем, где только подвернутся. А хоть и в Белом Доме с Гранатовитой Палатой.
Таков обычай наш ещё с той недостройки в Древнем Вавилоне.
Ведь говорилось же им: круглее нужен базис, округлее! А они? Авось ничё! Эвон в Египте-то пирамиды-то, каку ни взять, призматичные!
А в результате? Где та Башня? Вавилон где!?
И снова грустно стало, словно бы услышал как потомки Германцев рассуждают о загадочности Славянкой души или если вспомню, что братьям Славянам невдомёк как исконо Славянское слово “люди” на Германском звучало и было — “liuti”, всего 150 лет тому, пока Немецкую орфографию не поменяли, но и сегодя ещё угадывается “leute”…
Значит все мы — одна кровь, все — Иваны не помнящие родства.
Ну так пусть оно всё катится после этого! Не хочу никаких Гималаев!
Отпустите меня в Новую Гвинею Папуа! Брателю обниму сваво рОднава! А потом — будь что будет, а хоть даже и съест, по-братски.
Да знаю сам…
Давно и прекрасно осознаю, что о пустом болтаю, но что-то ж надо говорить, чтобы умирая, смог сказать: “Я миру шанс давал до самого конца, до донца…”
Жаль — буквы на исходе…
* * *
Пазлик #33: Исчадие Угасания
Отрезок, завершающий голововращательный спуск по маршам с пятого этажа — протяжённостью от нижней ступеньки и дверью подъезда, притянутой в позицию «закрыто» посредством длинной ржавой пружины протянутой от вбитых в правый косяк дверной рамы гвоздей, а вторым концом присобаченной в край двери под её ручкой — усложнялся препятствием: единоличной оргией плюгавого бомжа, который жевал плавленый сырок из небрежно облупленной фольги под прихлёбы из тёмно-зелёной бутылки (0.5 л) плодово-ягодной «бормотухи». К счастью, на стадии «остатки — сладки».