Бронированной стеной храмовники наступали, рубя все, что попадало им под мечи: и нежить, и людей, впавших в неистовое безумство от встречи с невиданным. Разбираться времени не было, а к кому Эркалот милостив, тот всяко избежит смерти. Другое дело, что рыцарей-храмовников было недостаточно, чтобы сдержать врага и нежить распространялась по городу неумолимо, словно морской прибой. Умертвия настигали всех, до кого могли добраться, и если безмозглых зомби и упырей еще можно было обмануть, спрятавшись в домах и заперев двери, то разумные вампиры и оборотни находили возможность проникнуть и туда.
Арсдан медленно, но неумолимо тонул в крови и хаосе.
***
Бой продолжался, и Геринг в который раз возблагодарил Бездну за то, что сражаться ему приходиться против зеленых юнцов. Все как один -- учащиеся Святой Академии, и среди них -- ни одного опытного и тертого лихими сражениями. Несмотря на то, что все эти детишки носили громкий ранг "хранитель" никто по-настоящему его не заслуживал. Возможно лишь некоторые, но перетащить канат на свою сторону эти единицы не могли. Дети Света поначалу избрали идеальную тактику, и если бы все шло как задумано, Тварь пал бы, рано или поздно. Но высшее заклинание Тьмы, перенесшее воронку Разлома с Морт`Райсом в Арсдан спутало храмовникам все карты.
Теперь время играло против них, а не наоборот.
А еще - они боялись. Геринг видел на светлых пятнах (какими сейчас различал носителей Дара) темные всполохи в районе груди. Сердца некоторых юнцов болезненно сжимались, когда они смотрели в сторону площади Экралота, откуда веяло жутью Тьмы. Они не знали как поступить, ведь инструкций по такому поводу не получали. Всех учащихся Святой Академии отправляли по завершению первых курсов на самые простые задания, и никогда туда, где можно повстречаться с реальной угрозой. Ни в Сгинувшие Земли, где находилась крепость Дахара и Разлом с Морт`Райсом, ни в Огг-ра-ку, граничащей с самой Бездной, редки так же были назначения за пределы Широкого моря, в Ничьи Земли, а так же в те из держав, где Храм не имел власти. Лишь на последних этапах обучения, когда носители Дара умеют достаточно, а их дух крепок, им дают возможность встретиться лицом к лицу с существами из других Измерений, ведь в будущем именно Детям Света защищать свой дом от потенциальных Вторжений.
Геринг все так же отражал атаки, но он не мог не заметить, что действовать хранители стали менее слажено. Это особенно ярко проявилось, когда он смог не только парировать выпад одного из атакующих, но и ответной комбинацией прочертить кровавую линию на груди храмовника. Кончик лезвия вошел всего лишь на несколько сантиметров -- царапина, но и ее хватило, чтобы враги дрогнули. Тварь понял, что теперь, когда эти молодые люди поняли, что подкрепления ждать бесполезно, он мог попытаться прорваться. Нужно лишь выбрать правильный момент...
И такой вскоре представился. Дети Света, решив завершить дело одним махом и поскорее поспешить на выручку к площади, прыгнули на Геринга со всей сторон. Тот ухмыльнулся, так как пульсирующий болью Глаз давно был готов к такому повороту событий. До этого храмовники атаковали в одиночку, и расходовать накопленную энергию на отдельные цели не хотелось. А так Тварь решил поразить их всех одним махом, нисколько не смущаясь тем фактом, что и ему достанется, ведь находился он в самом эпицентре. Правда, в отличие от своих врагов, Геринг успел подготовиться.
Когда Дети Света пошли в слепую атаку, он насколько позволяла скорость, высвободил накопленную мощь Бездны, перенаправив ее себе под ноги по всему периметру. Взрывы раздались за доли секунды до того как хранители настигли его. В воздух поднялись камни и пласты земли, закрывая собой небо; осколки брусчатки разлетелись во все стороны, почва под ногами просела и провалилась. Геринг специально рассчитал все так, чтобы битва проходила над одним из центральных подземных желобов клоаки. Туда же упал и он сам, погрузившись по пояс в нечистоты. Не желая терять времени, слуга Бездны шустро начал пробираться сквозь мутную грязную воду через узкий тоннель, пока храмовники не пришли в себя.
Не слишком гигиенично, сквозь сарказм подумалось Герингу, зато действенно. Глаз Демона пылал и слезился, жуткая боль застилала сознание, благодаря чему странник не замечал множественных ран своего истерзанного тела. Он шел вперед, шел не оборачиваясь. Его шансы скрыться зависели от Детей Света и их желания его преследовать. Он был чрезвычайно опасным врагом, которого отпускать нельзя ни в коем случае, но на площади Экралота творилось черте знает что, и там поддержка носителей Дара требовалась не меньше.
Спустя пять минут, Тварь все же остановился и обернулся. Туннель по которому он пробирался был пуст, не считая жирных лоснящихся крыс. Храмовники за ним не последовали. По крайней мере, этой дорогой.
***
Паскуль ощущал себя выжатым, но горячка боя все еще не оставила молодого хранителя. Рукоять своего меча он сжимал до белых костяшек, а в ушах все еще плавал грохот взрывов. Улица, на которой они находились, лежала в руинах, хотя еще недавно по ней бодро бегали повозки и гуляли пешеходы. Сила Проклятого оказалась велика, но сейчас не об этом следовало беспокоиться. Возмущение, которое доходило до Детей Света с главной площади города, пугало куда сильнее. Что конкретно там произошло, сказать навскидку было нельзя, но что ничего хорошего -- так это уж точно.
-- Что будем делать? -- спросил Аархон и в его голосе неуверенности было куда больше, чем ему хотелось бы. -- Этот... это существо... как думаете, после такого взрыва он мертв?
-- Вряд ли, -- выдохнул с задних рядов Назир.
-- А вот мне показалось, что он решил уничтожить себя вместе с нами, но у него ничего не получилось. -- Аархон нервно засмеялся, но быстро умолк. -- Так что же теперь нам делать?
У Детей Света, присутствующих на разрушенной улице, был одинаковый ранг, и по сути отдавать приказы друг другу они не могли. Только в том случае, если командир назначался сверху, как в случае с Астор...
Только тут Паскуль вспомнил о своей коллеге. Когда общая группа хранителей настигла Проклятого, тот уже разделался с девушкой. Всеми силами она пыталась его задержать и у нее получилось!.. Да вот только все оказалось напрасным. Тварь улизнул... скорее всего, улизнул, ибо сын кузнеца не верил, что он мертв.
-- Необходимо позаботиться о наших раненых, -- Паскуль вышел вперед, и голос его звучал немного хрипловато. -- Шорг, Каррот, леди Натау. Постарайтесь отыскать выживших. Назир и Аархон -- вы последуете за Проклятым. Если отыщите его тело -- хорошо, если он все же жив, то ни в коем случае не вступайте с ним в схватку. Сейчас главное не дать ему скрыться. Не бойтесь: из-за черного облака магический фон сейчас застлан туманом и враг вряд ли сможет вас заметить.
-- Да кто боится, -- фыркнул Назир; почему-то ему совершенно не хотелось спорить. В сложных ситуациях людям свойственно слушать тех, кто готов взять на себя ответственность. - Но с тебя потом новые сапоги...
Паскуль тем временем продолжал, сохраняя на лице пугающую серьезность. Говоря свои следующие слова, даже ему показалось, что звучат они приговором:
-- Я и остальные сейчас же отправимся к площади Эркалота, и окажем посильную помощь нашим братьям по вере. Не знаю, что там произошло, но именно к этому Господь и готовил нас все эти годы. И если нам придется сегодня отправится к нему в объятия, то пусть так оно и случиться.
Дети Света, стоявшие полукругом меж руин, возражать не стали. Они были готовы умереть.
***
Вместе с группой послушников Макс спустился на первые ярусы собора, а именно: в молельный зал, столь огромный, что в нем без труда поместилась бы иная пятиэтажка из его родного мира. Ровные ряды скамеек тянулись бесконечно долго, и вероятно могли уместить тысячи желающих выслушать воскресную мессу. В самом конце виднелся монумент, изображающий Эркалота. В отличие от того же Иисуса, этот бог кротким не казался: в руке меч, торс закован в нагрудник, а если вглядеться в выражение сурового лица, то сразу же становилось ясно, что пощады еретикам и отступникам не будет. У подножья толпились люди, в основном все в рясах, они усердно молились вслух, но каменное божество к их святым песням оставалось равнодушным.