Эрек вгляделся в туманные завихрения.
— Моя родная мама… которая меня родила… она жива?
Шарик рассыпался, и вверх поплыли струйки желтого дыма.
— Да.
Жива! А вдруг она здесь, в Алипиуме? Эрек ее совсем не помнил. Должно быть, она бросила отца. Судя по кошмарам, у нее для этого были все причины. Только вот почему она не забрала сына? Может, болела? Разве она не любила его?
Бетани положила свой шарик на землю.
— Твоя родная мама, которая тебя родила? Это ты о чем?
— Отстань. А ты что хочешь спросить?
— Я боюсь… но придется. — Она снова подняла искристую сферу. — Найдет ли меня дядя Эрл?
Взметнулся желтый дым.
— Да.
Бетани в ужасе отшатнулась. Ее пальцы застыли, словно она еще держала вопрошарик.
— Я с ним ни за что не пойду. Опять убегу! Теперь я знаю, как сюда вернуться. — Она села и спрятала лицо в шерстке Пирожки. — И кису ему не отдам!
Мех приглушил голос девочки. Пирожка заурчала, будто соглашаясь. Эрек сел рядом.
— Это еще не значит, что он тебя заберет. Вдруг ты сбежишь и больше вы никогда не встретитесь. А может, он тебя найдет, когда тебе лет семьдесят будет?
Бетани грустно улыбнулась, поглаживая кошку.
— Это я много захотела — никогда с ним не встречаться. Ага, как же! Представляешь, он мне дни рождения устраивал! Гости веселились, а я делала всю работу. Потом дядя Эрл продавал мои подарки. Он считал, что это отличный план.
Эрек поморщился.
— Не переживай так. Я не дам тебя в обиду.
К ним подошел Оскар.
— Не бывать мне в тройке победителей. По крайней мере, дурацкий вопрошарик так сказал. Хотя, может, он врет все.
Тут и там дети спрашивали, победят ли в соревнованиях. Всюду взлетали облачка черного дыма, и слышалось: «Нет, нет, нет».
Джек широко улыбался. Оскар сердито глянул на него.
— Только не говори, что ты выиграешь.
Джек пожал плечами.
— Какая разница. Мне купят собаку!
— Когда? — Бетани радостно подпрыгнула.
— Не знаю, — смутился Джек. — Надеюсь, раньше, чем мне восемнадцать стукнет.
Они пошли в кафе ужинать. Дети, проходившие мимо, стенали и ворчали, что победа им не светит.
Пирожка потерла носик лапой.
— Смотри, — сказала Бетани. — Что это с ней?
Джек задумчиво поскреб макушку.
— Сегодня у меня рыбный день, — сказал Эрек. — Кроме нее там один воздух с овощами.
— Зато они полезные, — отозвалась Бетани, почесывая руку.
Эрек поскреб шею. У него все зудело: ноги, руки, голова. Он заметил, что друзья тоже чешутся.
— Мы в заросли ядовитого плюща не заходили, случайно?
— А что это? — спросил Оскар. — Какое-то недотепское растение?
Бетани поставила стакан с водой.
— Растение из Верхнего мира. Я тебе привезу немного. Лично попробуешь.
Оскар почесал одной рукой шею, а другой — голову.
— Терпеть сил нет. Пойду к доктору Мумбай. — Он потер ноги. — Даже аппетит пропал.
— У меня тоже, — сказала Бетани.
Джек с Эреком покивали. Друзья бросились во дворец.
— А где королевская больница? — спросил Эрек.
По центральному коридору бежали еще несколько детей.
— Кажется, я знаю, куда они спешат, — сказала Бетани. — Давайте за ними!
У входа в западное крыло стоял довольный Балтазар Грюмзли и показывал всем дорогу.
— В конце коридора второй поворот налево! — пропел он с жутковатой улыбочкой.
Когда Эрек пробегал мимо, на него пахнуло кислой вонью. Мальчик чихнул. В конце коридора уже собралась толпа. В центре стояла доктор Мумбай, высокая женщина с золотистыми волосами, собранными на макушке в пучок. Она осматривала головы, плечи, шеи. На руках у нее были перчатки.
— Боевые блохи! — Доктор Мумбай похлопала длинными ресницами. — Не понимаю, откуда тут целый рой взялся? В Алипиуме они почти не водятся. Это на соревновании произошло? Я думала, вы сидите в разных комнатах.
— Наверное, мы их подцепили в загоне с призами, — сказал Эрек. — И носорог там появился.
— Ах вот оно что! Да, вполне вероятно.
По расчесам на руках было видно, что тут собрались одни победители.
— Возьмите напалмовой мази и таблетку снотворного. А завтра приходите за новой порцией. Ума не приложу, куда подевались мои запасы? Еще повезло, что я нашла десять лишних банок под раковиной. Иначе подумать страшно, что стало бы с вами к утру.