— Босс не против того, что я сижу в его кресле, когда его нет, ведь у него есть подушка…
Он подпрыгивает в кресле, как будто испытывает мягкость подушки; быстро кидает взгляд на следовательский кабинет, улыбка медленно выползает на уголки его губ. Он не видит Босса, но знает, что Босс его видит. Опускает голос до еле слышного шёпота.
— Старший следователь Пиао сейчас яростно дрищет, бедный ублюдок, да. А всё пончики старой мамы с угла…
Из-за стола Яобань медленно тянется в мусорную корзину.
— …а я его предупреждал. Крысиная отрава. А он меня не слушал…
Шишка ставит спасённый коричневый пакет на стол, озёра жира раскинули руки так, чтобы обнимать друг друга.
— …а я другие беру, лучшие Го-тиэ в нашем районе. Подходи, Юнь, попробуй… попробуй один. Человек с таким утончённым вкусом, как ты, должен распознать оттенки вкуса и текстуры, которые и составляют великолепие этих потрясающих пончиков…
Он протягивает пакет, кивает со знанием дела.
— …говорят, сам Цзян Цзэминь ест только эти пончики, когда приезжает в Шанхай. Ещё ходят слухи, хотя и из весьма достоверных источников…
Он подмигивает.
— …что наш любимый премьер-министр Ли Пэн каждые выходные прилетает в Пекин на военном вертолёте.
Юнь выглядит вполне впечатлённым.
— Да, они здорово выглядят, а я сегодня пропустил обед. Пришлось заполнять бумаги. Стараюсь делать бумажную работу вовремя.
— Вот, детектив Юнь, возьмите пакет, не стесняйтесь. Я настаиваю. Такая приверженность работе и Народной Республике заслуживает награды. Я всё равно сейчас пойду на улицу. И даже мне иногда надоедают самые прекрасные блюда…
Яобань хлопает ладонью по собственному пузу, а другой суёт засаленный пакет в руки Юню.
— …давай. Ешь. Ешь. Подумай о нашем уважаемом товарище премьер-министре…
Юнь подчиняется. Жир блестит у него на ногтях, на губах, на языке.
— …ну что, товарищ, неплохо, да? Бери ещё один. Ты же чувствуешь по вкусу, Дэн всегда отличает хороший пончик от плохого, без ошибок. Моя матушка всегда говорила, что истинного лидера можно опознать по пончикам, которые он ест. Мао жрал всякое дерьмо, сплошь тесто и жир… и посмотри, какая хуйня с ним приключилась!
Он провожает Юня из комнаты, детектив с прыщавым лицом не может ответить, его изрытые щёки раздулись, как перезрелые яблоки.
— Ничего не говорите, детектив Юнь…
Шишка кричит.
— …я скажу Боссу, что вы его искали. Наслаждайтесь обедом.
Тот не оглядывается.
Три отчёта приходят из центральной службы доставки, когда день плавно переходит в вечер. Три отчёта, все из разных бюро. Каждый запечатан и адресован Яобаню. Лусиншэ. Иностранный отдел. Шестое бюро. Каждый отчёт состоит из одной странички. Чёрное на белом. Все три отчёта одинаковы, в них говорится…
ИМЯ СУБЪЕКТА: ЧАРЛЬЗ ХЕЙВЕН.
НАЦИОНАЛЬНОСТЬ: ЗАСЕКРЕЧЕНО.
НОМЕР ПАСПОРТА: ЗАСЕКРЕЧЕНО.
НОМЕР ВИЗЫ: ЗАСЕКРЕЧЕНО.
ПРОФЕССИЯ: ЗАСЕКРЕЧЕНО.
Стандартные вопросы, ответы на которые он получил бы при любом другом запросе… засекречено. Пальцы Пиао выстукивают по столу неизвестный ритм. Никогда он не видел таких отчётов. В стране, где информация — кислород, удушье. Каждый отчёт кончается одним и тем же заявлением.
ВСЯ ИНФОРМАЦИЯ ОТНОСИТЕЛЬНО ВЫШЕНАЗВАННОГО СУБЪЕКТА ЗАСЕКРЕЧЕНА И РАСПРОСТРАНЕНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ ВСЕ ДАЛЬНЕЙШИЕ ЗАПРОСЫ О ЕЁ РАСКРЫТИИ ДОЛЖНЫ В ПИСЬМЕННОЙ ФОРМЕ ПОДАВАТЬСЯ В МИНИСТЕРСТВО БЕЗОПАСНОСТИ. В СОПРОВОЖДЕНИИ ИСЧЕРПЫВАЮЩЕГО ОБЪЯСНЕНИЯ, ПОЧЕМУ ЗАПРАШИВАЕТСЯ СЕКРЕТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ.
— Босс, кто этот ублюдок?
Старший следователь избегает взгляда Яобаня, застёгивает нагрудную кобуру.
— Ублюдок с очень хорошими связями в очень высоких кругах.
Глава 24
Он крутит в руках значок, глядит в стену. Информация получена. Как обычно. Регистраторша вывалила её, как рис на тарелку. Когда они ушли. Куда ушли. Номер машины. Адрес. Даже направление. Три часа спустя он подъезжает к Ханчжоу, Западное Озеро. К дому на Холмах Гэлин.
Пиао паркует машину и идёт пешком. Толстые стволы деревьев. У их подошвы навален щедрый ковёр из бронзовых игл. И запах такой чистый, как свежепостиранное бельё… как новая жизнь. Домик для гостей — низкий, современный. Стекло и мягкий кирпич. Уголок Скандинавии, пересаженный на почву Народной Республики. За ним… озеро, город, холмы, река Теша. Стоят одно за другим, как блестящие тарелки в сушилке. Старший следователь ждёт два с половиной часа. Когда они приезжают, фонари иностранной машины прорезают гребень прямых стволов… озеро уже потухло, стало серым. Медленно тускнеет в складке темноты. Дуань Цяо, Разрушенный мост… прожилка матового серебра теряет форму и силу, сливается с озером. Сталь с водой.