Завидев меня в окне, Шийен мотнул головой, мол, уважаемая госпожа, на выход. Я дисциплинированно выполнила команду, кивком ответила на такие же вежливые знаки внимания и не успела мявкнуть, как подошедший сзади дяденька закинул меня в седло.
Последний отрезок пути занял ещё часов шесть, и он вымотал меня почище всего приключения. Всё казалось, что вот сейчас меня схватят за плечо недружественные руки, именем какой-нибудь шишки оторвут от данного эскорта, обидят, отберут Нагайну, покалечат и прочее, и прочее. Словом, мерещились десятки иных досадных помех — от внезапной болезни до внепланового землетрясения в отдельно взятом городе.
Но… ничего не случилось, телепорт честно перекинул нас в Орсано, где, как оказалось, мой эскорт прекрасно ориентировался и через час Истен распахивал перед нами ворота.
Первым на крыльцо выскочил сюзерен с нечленораздельным криком, в котором я разобрала только собственное имя. Расслышать что-либо ещё не представлялось возможным, ибо никто иной, как я, рыдала в голос под изумлёнными взглядами эскорта, чем сломала мужикам шаблон, надо полагать. Спокойная, даже слишком спокойная девочка, не задавшая ни единого дурацкого вопроса, вдруг явила подлинную женскую натуру с положенным ей слезоразливом и причитаниями.
Меня обнимали, тормошили, задавали сотню вопросов, и этот балаган прекратил только Герсил, разогнавший всех по местам. Меня увела Лайзуна мыться, кормиться и отдыхать, а моих охранников оприходовал Чет, наш главный умелец по развязыванию языков в непринуждённой обстановке.
Определив моих спутников на постой, Ивар и маги возжелали подробностей. И упомянутые подробности никого не обрадовали. Ивар стиснул зубы, чтобы не выругаться, маги тяжело молчали, переваривая мою повесть.
— Значит, я не ошибся, — Тор обхватил колено длиннопалыми ладонями, — нашу Экриму везли на заклание.
Я сделала большие глаза. Когда это он пришёл к такому выводу? А если и пришёл, то почему я об этом не знаю? Но тут же опомнилась, что это со мной? Маги мне докладывать-то ничего не обязаны, а вот сюзерену — наоборот.
— Так и есть, — кивнул Чет, — некто возжелал создать «Глаз дракона».
— Некто? — переспросил Трек, — по моему скромному мнению, заказчик известен. Это Грау. Тариэг Грау, скромно именуемый вешателем.
Тор возразил:
— Заказчик может называться и вешателем, но исполнителем амулета может и не быть. Скажем, взялся за гнусное поручение, получил своё вознаграждение или иную выгоду, да и ушёл в сторону. Водились за этим Грау и прочие предосудительные делишки, но устраивать мятеж в стране он точно не будет.
— Почему так решил? — спросила я.
— Все маги повязаны кровной клятвой, да семьи у них имеются, не забывай.
— А если девочку везли не в Нутаву? — задумчиво вопросил Герсил, — а, скажем, в Отран?
— Отран… — эхом повторил Чет, и повторил твёрже, — Отран. Весьма вероятно. Именно там предпочитают работать с Отражениями. Так ты утверждаешь, что тот старый маг не выживет? Почему?
Я подробно рассказала о своих экспериментах с кровью и в процессе повествования устала считать, сколько раз маги переглянулись всем списочным составом
А затем меня засыпали вопросами… Кто тебя лечил в Варге, чем лечил? А в поместье Иснора? Кому известны твои фокусы с кровью, только мастеру Туарегину? Ах, не только? Кому? Кто тебя допрашивал в Аргуне? Как зовут того целителя? Чем он владеет кроме разума? Если до ведётся вернуться в Аргун, дом целителя найдёшь? Во что он был одет? Татуировки? Акцент? Ранг?
И в сотый раз: опиши внешность принца, что у него слева на щеке? Ах, скорпион? Поздравляем, ты легко от делалась, детка. Принц Хайланче не просто принц, он ещё и сильнейший маг в семье правящего монарха, умеющий управлять не только Отражениями, но и их оригиналами! После получаса допроса у меня голова пошла кругом. Что за отражения такие, да ещё и произносятся с большой буквы?! Оригиналы какие-то и прочая красота, которую я успешно миновала.