Чет, как и прочие родовые маги, свою судьбу не выбирал, но надо отдать ему должное, физически он подготовлен получше всей троицы. Ножи, спицы, прочее колюще-режущее мечет так, что остальные только завистливо вздыхают. Да и мечом неплохо орудует, что в пешем строю, что на коне, правда, магия у него непредсказуемая, но это в силу нестандартных способностей и соответствующей специализации.
— Ты погоди волноваться, — посоветовал он, — Мэган решил заняться твоей защитой.
— Абсолютных защит не бывает, тебе ли не знать. Пусть зеркалит физическое воздействие, а с магией Нагайна как-то и сама разберётся.
***
… Десятидневье перед праздником Преображения Творца закончилось роскошным городским гуляньем, плавно переросшим в локальные противостояния приверженцев Творца, именуемого Всетворцом (от слов «всемогущий Творец») и адептов какого-то еретического течения, которые признавали созидающим началом вовсе не Творца, а его родительницу, Великую Мать Всего Сущего. Эти карманные конфликты обычно не требуют постороннего вмешательства, однако во время религиозных праздников нет-нет, да и вспыхнут потасовки… особенно, если приверженцы разных конфессий примут на грудь винца.
Как там здешний Спаситель преображался, не знаю, но столица гудит второй день. Толпы горожан наводняют мало-мальски значимые площади города, шумят, поют, танцуют и с удовольствием смотрят представления скоморохов, громко называемых актёрами.
К моему удивлению, кукольных представлений здесь не знают, что очень странно, ведь детская аудитория присутствует в полный рост. Эти так называемые актёры, они же скоморохи, могли бы без особой спешки занять эту нишу, но отчего-то медлят. Или просто ещё не додумались? Ивар неожиданно заинтересовался этой возможностью и посетовал, что, скорее всего, сей весьма перспективный бизнес быстро приберёт к рукам Большой Папа. Я только плечами пожала.
Наскучив неожиданными трёхдневными каникулами и выполнив не по разу все домашние задания, наш сюзерен возжелал зрелищ. Так что Истен, Чет, Ивар и я тащимся через два Луча к центральной площади, где по вечернему времени маги намеревались устроить огненную потеху. Магия иллюзий тут практикуется на каждом шагу, так что нас ждёт незабываемое зрелище, а уж если на праздник пожалуют огневики из магической школы, да ещё и откушают огненной воды чуть больше нормы, то сподобимся увидеть огненное же действо, равного которому не найдём в трёх мирах, как выразился Чет.
Наш новый маг тоже в каком-то смысле огневик, поэтому охотно согласился сопроводить любопытных детей на праздник. На самом деле Ивар решил отыскать старого приятеля, с которым некогда бегал по столице, выполняя приказы своего босса. Однако вчера глубокомысленно сообщил мне, что поиск решил отложить до следующей седмицы… вроде бы. Но здесь и сейчас сюзерен резко свернул с Южного Луча в самую старую часть города.
Мэган притормозил его за рукав:
— Планы поменялись?
— Мы с Кри решили найти кое-кого из моей старой жизни.
Когда это мы решили, стесняюсь вас спросить, но… не желая подставлять сюзерена, ограничилась мрачным междометием «угу».
Не скажу, что мне очень уж хочется искать неведомого приятеля Ивара, особенно холодным зимним вечером, да ещё во тьме, разрезаемой неярким светом редких масляных фонарей, но… пожелание сюзерена равносильно его приказу — это в меня вколотили ещё в Варге.
— Кри, мне давно не нравится твоё настроение, — медленно произнёс Мэган, шагая в ногу с сюзереном, — что происходит? Ты часами смотришь в книгу, но страницы не перелистываешь. Забросила тренировки, а об учёбе я и вовсе не упоминаю. Даже новоиспечённые вассалы, эти твои наёмники из Аргуна удивляются настроению госпожи Экримы. Не соблаговолишь объяснить, что тебя беспокоит?
Я злобно и беспомощно уставилась на соратников. Как можно объяснить странные сновидения, посещающие аккурат в час змеи, перед самым рассветом? Сны, чей смысл ускользал вместе с рассветом, а попытки вспомнить оставляли после пробуждения неслабую головную боль, полынный привкус во рту и запах озона в воздухе, от которого мыша подолгу чихает и плюётся в меня.
Я судорожно вздохнула, и горло словно стиснула мерзкая мохнатая лапа.
— Не знаю, что именно наколдовал тот аргунский маг, но после возвращения мне всё время снятся тягостные сны, а утром одолевает такая слабость, что… — я махнула рукой, — надоело обливаться потом по ночам и лежать без сна до рассвета. Утром наваливается такая тяжесть, что кажется будто я несу на плечах мешок с песком. Голова болит так, что темнеет в глазах. Словом, ничего хорошего сказать не могу.