— …техниками? — хрипло спросила я.
— Скорее, методами исследования подобных магических вмешательств и, скажем, восстановления подобных повреждений. Я послал вестника Тин-Е и, если он сумеет покинуть дворец сегодня вечером, то вечером же примем решение. А пока усыпим девочку.
— Не возражаешь, Кри?
Я отрицательно мотнула головой.
— Лучше спать, чем маяться неизвестностью.
Сюзерен покивал, и я окончательно потеряла нить рассуждений, уплывая в тёмные глубины сна, на этот раз без сновидений.
***
Разбуженная поздним вечером, я окончательно очнулась от сна минут через двадцать. Вот чем не нравится наведённый сон, так это последствиями, а в данном случае ещё и кратковременной потерей ориентации в пространстве. Пока соберёшь руки-ноги в привычную конфигурацию, пока посидишь с закрытыми глазами, дожидаясь возврата привычного ощущения собственного тела и пока осознаешь реальность окружающей действительности, времени пройдёт немало. За это время, пожалуй, и отобедать можно, не особо поспешая.
Вопреки ожиданиям, господин Тин-Е прибыл в резиденцию поздно вечером и, ничтоже сумняшеся, выставил всех моих болельщиков за дверь… всех, включая и своего старого друга, а ныне нашего штатного врача, господина Гертена.
Обследование заняло около часа. Господин Тин-Е сначала сканировал меня в одиночку, что-то писал, зачёркивал, затем поил эликсирами из непрозрачных флакончиков, снова сканировал. Затем призвал нашего Авиценну, и они взялись за меня вдвоём. Общались господа целители на незнакомом языке. Всё, как в нашем средневековье, где их коллеги переговаривались на латыни, дабы придать себе больше веса, да и выманить побольше деньжат у наивных пациентов.
Оба эскулапа наконец-то угомонились, аккуратно сложили стопочкой амулеты-пластинки и, как по команде, уставились на меня в четыре глаза. Я уже почти смирилась с отрицательным диагнозом, ну… как смирилась… скорее, настроилась сопротивляться отраве или болезни с помощью собственной недомагии, а также с помощью Иваровых магов, и самого сюзерена, который, возможно, способен выжечь скверну огнём. Следует заметить, что целитель Гертен вполне мог ошибиться с диагнозом или не ошибиться, а, скажем, неточно сформулировать. Всего лишь.
— Итак, господа, каковы выводы относительно увиденного, — нахально поинтересовалась я, забывая, что господин Ночь, он же Тин-Е, не в курсе обстоятельств моего появления в этом мире.
Реакция приглашённого целителя последовала незамедлительно, меня попросту выставили вон с помощью Чета, унёсшего бедную девочку в её комнату, а все прочие обитатели дома Алмазной Змеи собрались в лаборатории Гертена, дабы выслушать неизбежное. Конечно, уноситься в комнату я отказалась, поэтому Чет сопроводил меня в библиотеку.
— Чет, а вот спорим на полторы сотни золотых, что второй номер потребует моего сотрудничества в оплату лечения.
— Скорее возжелает непременного ученичества мага редкой направленности, — хмыкнул Чет.
— Подозреваю также, что сюзерен настроен согласиться на все условия, — поморщилась я, — знаешь, мне проще сдохнуть, чем вешать на Ивара долг жизни. А этот черноголовый красавец наверняка потребует многое из того, чем владеет сюзерен. Не дай здешний Творец, господин Тин-Е начнёт выкручивать руки нашему огневичку.
— А если начнёт? — полюбопытствовал Чет.
— Он же целитель? Значит покажу ему фокус с красными кровяными тельцами, пусть порадуется, — злобно ответила я, — или придумаю ещё что-нибудь весёлое. О, а вот и наш сюзерен.
Мрачный рыжик — это очень интересное зрелище. И опасное. Огненный маг, пусть и почти тринадцати лет от роду, вполне способен устроить локальный армагеддончик любому неудачнику.
Чет придвинул к тлеющему камину кресло, а Красотка с мелодичным мурлыканьем спланировала на плечо обожаемого хозяина.
Я осторожно усадила опасно мрачного друга в неглубокое кресло, раздула огонь в камине, налила Чету вина, а нам, детям, кисло-сладкого отвара зимней ягоды.
— Ты погоди расстраиваться, камрад, — сказала я, — отобьёмся, какие наши годы. Чего запросил господин целитель за свою квалифицированную помощь? Что-то мне подсказывает, что он желает повесить на тебя долг жизни.
— И это самое малое, — откликнулся Ивар, — для начала ему желательно получить амулет Четырёх стихий. И он честно предупредил, что для начала.
Я слегка опешила от наглости дорогого гостя, недурной аппетит у старичка. А откуда он вообще узнал об амулете? Хотя… узнать мог, мы не слишком скрывали обретение столь значительного артефакта. И, похоже, господин Е стесняться не намерен. Ну, что же, как говорится в писании, какой мерой мерите, такой и вам отмерится. Коли господин целитель желает не слабо прибарахлиться, поможем, а точнее, помешаем ему со всем нашим усердием. Я совершенно по-хулигански присвистнула сквозь зубы.