Кодекс наделял перечисленных господ немалыми возможностями в отношении системы наказаний и поощрений адептов, причём, вторых было существенно меньше, чем первых. Строгих запретов немного — не колдовать вне полигонов, не использовать запретную магию (а это что такое?), и магию разрушения. Использовать магию в стенах школы можно, вот радость-то, но только в присутствии наставника или преподавателя. Запрещалось также создавать амулеты на трёх первых курсах обучения и совсем уж следовали драконовские наказания для адептов, которые осмеливались их продавать без санкции Совета магов. То есть на старших курсах создать полезный артефакт можно, а вот продать без одобрения Совета или без лицензии мага — увы и ах. Печально.
…Молодой Грау на занятиях присутствовал, но жестов доброй воли, как и недоброй, в нашу сторону не допускал, за что ему великое спасибо. Общее впечатление от согруппничков было примерно таким: они к нам ненавязчиво присматриваются, демонстрируя что-то вроде ритуального обнюхивания у псов. А мы в ответ выказываем вежливое равнодушие, общаясь только меж собой, чему весьма способствует тот факт, что в их общаге мы не живём, пансионерами не считаемся и под контролем с утра до утра не находимся. Кстати сказать, похоже, наших коллег это порядочно раздражает.
И сквозило в отношении нас этакое лёгкое пренебрежение, ощущаемое мною, как едва уловимый запах разложения. Ивар ничего подобного не подтверждал, но с моими выводами согласился, поэтому мы демонстрируем ровную и одинаковую доброжелательность ко всем присутствующим.
Именно поэтому событие последнего дня показалось нам весьма неожиданным. Практика у мастера Эттоле уже заканчивалась, и я аккуратно сложила свой рюкзак, пошитый собственноручно из обрезков той ужасной ткани, которая здесь идёт на шатры.
Швы грубовато и неровно прошиты специальной нитью, но ничего не поделаешь, отверстия для иглы я проделывала раскалённым шилом. Так что рюкзак смотрелся скорее сиротской сумой, чем брендовым изделием, но зато в нём была чёртова уйма карманов, с клапанами и без, а горловина стягивалась шнуром через люверсы, которые выжег магическим пламенем сюзерен, а я обрамила чёрным металлом.
Мастер Эттоле уже откланялась, и мы дожидались служителя, который выводил нас из подвала на свет божий. Что-то старикан нынче задерживается…
Застёгивая последний клапан, услышала мягкий хлопок, в лицо метнулся серый дым, и меня словно сковало льдом… Моё безвольное тело деловито оттащили в сторону и усадили под стеночкой.
Так-так, в зрителях мы имеем примерно половину группы, прочие куда-то испарились и вон ещё четверо крадучись канули в тёмный проём двери. Где же этот гадский служитель? Морды у господ сопляков прямо-таки азартные, бубнят что-то на пределе слуха, что и понятно, поставили пологи тишины.
Ну, а дальше оставалось наблюдать, как двое самых старших адептов нашей группы пытаются нейтрализовать алмазный щит Змеёныша, зажатого в противоположном углу немаленького зала аж четырьмя сопляками.
Похоже, они окружили его воздушными щитами. Это нехорошо… до меня он доберётся нескоро… в отличие от вот этих… трёх засранцев, которые деловито ощупывают мой рюкзак в поисках неведомо чего. Я отчаянно потянулась к ближайшему металлу, отклика нет! Видимо, сопляки предусмотрительно сняли все металлическое, вот твари! И Нагайна молчит.
Неприятно сознавать, но мы оба непозволительно расслабились. Угу, сытая жизнь развращает, ну… ничего, убить нас не убьют, зато вдоволь натешатся, если мы им позволим. Я изо всех сил протянулась к металлу и откуда-то слева пришёл мощный отклик.
С хищным шуршанием «всш-шиххх» чей-то кинжал покинул ножны и крепенько врезал рукояткой в висок самому борзому, который всё пытался открыть мой рюкзак. Пацан квакнул, ткнулся мордой в скамью и, как мешок, обвалился на пол.
Кинжал звякнул о каменный пол, а затем неожиданно взвился в воздух и тут меня отпустило. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я выпустила из рукава Нагайну, но нужды в её вмешательстве уже не было. Видимо, амулет подчинения был на том засранце, что пожелал ознакомиться с содержимым рюкзака.
Ивар явно следил за мной, поэтому и не замедлил воспользоваться моментом. Мой сюзерен захохотал, как ненормальный и выкрикнул какое-то слово, после чего над головами адептов взорвалась… даже не знаю что это было… свето-шумовая граната? Автор заклинания Чет, он большой мастер на такие штуки, и вообще этот дяденька знает, чем и как прикончить ближнего своего так, чтобы другие остались сами знаете в чём. Поэтому в известной всем субстанции оказались сейчас наши коллеги, а мы с бастардом, как и положено хорошим деткам, все в белом.