Я и прочие проморгались не сразу, но меня Змеёныш быстро выдернул из зала, и мгновенно затолкал в густую тень рядом с дверью в тренировочный зал, потому что по темному коридору, можно сказать, прямиком в наши объятия неслись несколько человек, топоча и громыхая железками. Радуясь, что в Нутаве так любят устраивать ниши в стенах, мы спокойно наблюдали, как сопляков вытаскивают из зала едва не за шиворот. Забылись детишки, колдовать же ж низзя, если преподавателя нет, а его-таки нет…
А вот это сюрприз! Служители вытаскивают мальчишек и каждый второй размазывает по мордахе кровушку и сопли. Трое вообще подвывают тоненькими голосами.
— Ты чего натворил? — прошипела я.
Ивар тут же открестился.
— Ты забыла, что ли? Чет создал заклинание по твоим же рассказам о вашем оружии.
— Да помню я, а с чего тогда сопляки кровью умылись?
— Самому непонятно, — задумчиво пробурчал Ивар.
Мы шагали вслед последнему служителю, тащившему на руках того гадёныша, что пытался добраться до моего имущества.
— Приготовься к разбору полётов, — буркнула я, — что будем говорить?
— Правду и ничего кроме правды, — передразнил моё любимое высказывание сюзерен, — тут служат не провинциальные маги, так что выпотрошат всех, как пустой карман. Говори всё, как оно было.
— А заклинание? В смысле автора его разглашаем?
— Обязательно.
— А Совет не потребует разработку себе?
— Как ты любишь говорить, замучаются требовать, — оскалился сюзерен, — и, кстати, никаких допросов в отсутствие родовых магов или опекуна.
— Ну, опекун с нами не проживает, так что остановимся на магах. Герсилу вестника послал?
— Наш старший давно у ворот школы дожидается.
***
Пострадавшим оказали первую помощь, отмыли от кровавых соплей и согнали всю группу в просторный класс. Наш старший маг скромно занял стул поодаль от основных действующих официальных лиц. Надо же, господин директор и оба его замы обозначили своё ослепительное присутствие, не иначе, как это грозные стражи правосудия. Я внимательно оглядела своих соучеников. Ага, вон они, старшенькие, двое из ларца, желающие пощупать Иваров алмазный щит.
Благостные мордахи у обоих и вообще это оч-чень хорошо кормленные детки, что называется, кровь с молоком. Кровь, значит? В принципе, по итогам беседы можно будет помочь им слегка понизить гемоглобин в крови, чтобы дурные мысли в голову не лезли. Посмотрим, что они наплетут господам судьям.
И сопляк, стукнутый неведомо чьим кинжалом, тоже здесь. В данный момент деточка болезненно морщится, изредка потирая висок. А нечего чужие сумки обшаривать, молодой человек.
Но это дело десятое, а вот чем эти умники нейтрализовали моё… ну, пусть биополе, да так, что меня не услышала Нагайна, это вопрос. Теперь нашим магам есть над чем серьёзно поработать, а то ведь Тор недавно брюзжал по поводу рутины, заедающей его нежную натуру, склонную к опасным экспериментам. Теперь-то ему будет чем заняться, кроме бродяжничества по рынкам столицы.
Опрос виновников, пострадавших, свидетелей и служителей занял почти полтора часа. Против ожидания господа сопляки сознались в содеянном довольно быстро, однако решили повесить на меня ущерб, нанесённый благороднорождённому Геннори из рода Как-его-там, посредством мощного удара в висок. А Ивару вменялось в вину применение заклинания из арсенала клана Убийц.
— А не подскажет ли мне благородный Геннори, что он позабыл в моей сумке, которую обшаривал с таким рвением? — ехидно поинтересовалась я.
— Я не..! — взвился было сопляк.
И тут же осел, вспомнив, что амулетов правды в этом помещении больше, чем присутствующих.
— Наверное, хотел проверить содержимое твоего кошелька, — невозмутимо проронил Ивар.
— Я не вор! — вскочил Геннори.
— Разумеется, нет! Зато твой благородный отец будет крайне удивлён воровской сноровкой сына, — кивнул Ивар, — впрочем, ты можешь придумать другое название благороднорождённому аристократу, который привык тянуть руки к чужим вещам. Как тебя не назови, суть от этого не меняется, аристократ счёл возможным обшарить чужое имущество.
— Причём, так, словно всю жизнь шарил по чужим карманам, — добавила я, — полагаю, мой сюзерен прав, и твоего высокорождённого отца очень обрадует неожиданная новость. А уж, если слухи просочатся сквозь стены в столицу, то на тебя будут показывать пальцем даже бездомные бродяги.
— А то, что эти двое пытались взломать алмазный щит, порадует ещё двоих глав рода, — хмыкнул Ивар.