Карету резко тряхнуло, толчок отбросил меня в сторону, прямо на Истена, экипаж резко свернул направо и нас снова подбросило на брусчатке. Что там происходит? Пара, запряжённая в нашу каретку, громко заржала, я услышала, как выругался Истен, высунувшийся в окошко едва ли не по пояс.
И тут карету снова швырнуло, да чтоб вас всех! Дверь с моей стороны распахнулась. Среагировать на толчок я не успела, поэтому благополучно вывалилась из экипажа спиной вперёд. Вспоминать основы женский самообороны было поздновато, хотя именно там меня учили правильно падать. Однако, тело среагировало автоматически и без участия разума, так что приасфальтилась я правильно и ушла в перекат кувырком столь профессионально, что пару мгновений гордилась собственной крутизной с полным правом. А затем пришло беспамятство.
Очнулась я нескоро, это если судить по занемевшим рукам. Голова пуста, словно колокол и гудит точно так же. Попытка осмотреться не засчитана, поскольку голова не желает отрываться от… пола? Лежу я вроде на твёрдом, однако пошевелиться не получается, да и глазами повести по сторонам не удалось. Да что там, их даже открыть не получилось!
Мысленно потянулась к металлу, представив себе Нагайну со всеми подробностями. Тишина в ответ. Полный паралич? С чего бы? Магия? Знаю, что существуют заклинания, полностью обездвиживающие объект, но кто тут этим занимается? Хотя, если поразмыслить, то среди наших доброжелателей присутствуют три не самых захудалых рода, а в них есть те самые детки, которым я и бастард помогли покинуть школу совсем недавно. Надо понимать, это папеньки сопляков обеспокоились моим здоровьем?
Других вариантов тоже немного… скажем, Большой Папа пожелал узнать, кто наступил на хвост его прикормленной страже, выудив из-под его носа перспективного кадра по имени Кейдил. А может, данное событие инициировали конкуренты ювелира Дожаура, решив привлечь на свою сторону некоего мага, изготавливающего неплохие побрякушки. Хотя… последний вариант, как и второй, относится скорее к ненаучной фантастике.
Я снова дёрнулась в непонятных путах, сковавших тело, но добилась только ожога на горле и снисходительного замечания, озвученного красивым баритоном.
— На твоём месте я бы так рьяно не старался освободиться. Это слишком добротный ошейник. Тебе понятно? Если понятно, кивни.
Я осторожно кивнула.
— Умничка, — пророкотал баритон, — теперь можешь сесть.
Я осторожно приподнялась… Понятно, подо мною жёсткие доски… лежанка… а в поле зрения никого. Где же обладатель оперного голоса? Ага, вот и он. Морда не лишена приятности для женского глаза, рост средний, уши так плотно прижаты к голове, что дядя их регулярно почёсывает, а заодно потирает кожу за ушами. Нервный похититель?
Примерно минуту мы мерились взглядами, я старательно разглядывала этого чесоточного и безрезультатно пыталась понять, кто же он такой. По манерам далеко не благородный господин, скорее, ретивый исполнитель приказов… ну да, не больше.
— Так и не спросишь, кто я такой и что мне от тебя надо?
Сейчас отвечу, а заодно и проверю нежданного собеседника на вшивость.
— Судя по смешным высказываниям, ты тут исполняешь роль пятого колеса в телеге. Какой смысл задавать серьёзные вопросы неодушевлённому предмету?
Мужик сузил глаза. Ну и дурак, серьёзный человек детские оскорбления пропускает мимо ушей, а этот чуть ли не щекой дёрнул, а может и слегка обиделся. А ведь вполне взрослый дядя. Я, не торопясь, смерила его пренебрежительным взглядом, после чего подчёркнуто издевательски хмыкнула. Вот интересно, если продолжу ему хамить, он расщедрится на оплеуху мерзкой простолюдинке? Если расщедрится, то это не…бац слева, справа! Только голова мотнулась! Точно, это всего лишь господа уголовники.
Я сплюнула кровь, губу разбил, скотина! Но как только кровь попала на рукав, ожила Нагайна. Чудненько! Вот она задрожала, разматывая кольца… а дальше все было просто. С треском лопнула ткань камзола — это змеища выбросила вперёд два лезвия, заточенные с обеих сторон. Ретивый обладатель баритона, булькнув что-то неразборчивое, медленно сполз по стене. Один есть и даже крови натекло немного.
Помещение очень напоминает тюремную камеру. Деревянная скамья, низкий табурет, труп у стены и запертая дверь, и уже привычный адреналиновый откат. Колени мелко трясутся, рот снова заполняется кровью пополам со слюной, но металл повинуется и в настоящий момент Нагайна аккуратно орудует кончиком хвоста, подбирая комбинацию, открывающую дверь, а я, чтобы не упасть от слабости, крепко держусь за металлическую оплётку смотрового отверстия. Всё-таки это классический тюремный интерьер.