— Я… я…
Язык никак не поворачивался выговорить «согласна». Лускетти прожигал меня взглядом, а в кармане будто бы полыхал планшет. Мне стало невыносимо душно.
— Что вы решили, мисс Экспосито? — с нажимом спросил Лускетти. — Сенсация или ваша жизнь? Думаю, с мистером Петерсом шутки плохи.
— Плохи… — эхом повторила я, всё ещё пытаясь собрать себя в кучу.
Ну давай, Фиби. Чтоб тебя! Ты знаешь Зига всего ничего, влюбишься ещё. Найдёшь другого парня. В конце концов, разве не сенсации ты больше всего хотела? Славы, денег, выкупить брата с Альфа Центавра… Просто возьми и скажи, что ты согласна. Давай!
— Ну? — Лускетти придвинулся ко мне ближе, проехав локтями по столу.
— Да пошли вы…
— Что?
— Пошли вы в задницу! — громче сказала я и встала со стула. — И вы, и Петерс! Я не стану делать этот чёртов репортаж. А если вы попробуете подкупить кого-нибудь другого, имейте в виду, что у меня есть на записях доказательства существования диверсанта. И я продам этот материал сразу, как только вы хоть где-нибудь в недобром ключе упомяните имя Зига! Так что, вам лучше освободить его.
Не дождавшись ответа Лускетти, я выскочила из его кабинета и стремглав понеслась в свою каюту. Нужно собрать вещи и свалить отсюда как можно скорее. Словно почувствовав моё настроение, позвонил Дин. На него у меня тоже настроен особенный рингтон — «Имперский марш», музыка из очень-очень старого кино о космосе. Дин его фанат. Не глядя, я приняла входящий на планшете.
— Фиби, ты как? Я услышал от охраны, что вас с Зигом уже доставили на станцию. Зашёл в каюту, понял, что ты была здесь, и…
— Дин, я очень рада тебя слышать, но давай потом, — проворчала я, едва сдерживая горькие слёзы. — Ты не знаешь, когда сенатор уезжает?
— Эм… да вот прямо сегодня и уезжает. Через час у нас посадка.
— Отлично! Собирайся, я скоро буду. Стой! — опомнившись, выпалила я и спросила тише: — Как там Патрик? Он…
— Не волнуйся, он в порядке. Ещё в отключке, правда, но быстро идёт на поправку.
— Прекрасные новости. Они мне очень нужны…
Я не стала слушать, что там дальше начал говорить Дин, отключила звонок. Всё равно увидимся через несколько минут. Но, голоса небесных тел, как я счастлива, что с Патриком всё хорошо. Может, он поможет мне? Спрячет куда-нибудь от Петерса? Конечно, ему нежелательно впутываться во все эти грязные истории с кредитами и как-то себя компрометировать, но… вдруг? Мне особо не на что было рассчитывать.
Хотя я бы, конечно, не подставила Патрика такой просьбой. Не позволила бы ему в это впутываться, иначе давно бы уже натравила его на Петерса. Патрик бы не отказал, но я не хотела, чтобы эта история как-то сказалась на нём. Теперь я ещё чётче осознала, что упустила единственный шанс вырваться из западни, вылезти из долговой ямы и зажить нормально.
Зачем вообще позволила себе вляпаться в отношения с Зигом? Сама спросила, вместе ли мы. На свадьбу Мартины согласилась поехать. Ведь знала же, что нельзя… Но так хотелось почувствовать себя в безопасности. Защищённой. И так было рядом с Зигом. На самом деле, только с ним я впервые за долгое время не боялась. Не чувствовала, что одна против всех напастей.
В каюту я забежала в слезах. Разревелась ещё в коридоре. Дин ошарашено смотрел, как я метаюсь по комнатам, закидывая вещи в чемодан. Несколько раз пробовал спросить, в чём дело, но я только сильнее заходилась рёвом, и Дин сдался.
В сумочке что-то завибрировало. Передатчик Зига. Надо было оставить его в каюте, чтобы не травить душу. Сквозь пелену слёз я разглядела послание: «Ты где, малыш?». Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт! Это просто невыносимо. Я не могу потащить Зига за собой на дно. Не имею на это права.
До сенаторского корабля я буквально тащила Дина силком, постоянно подгоняя. Он попытался сказать мне что-то про Лану, но я очень красноречиво прошипела, что новообретённая подружка подождёт. Хотелось уже поскорее скрыться в корабле, забиться куда-нибудь в угол и пожалеть себя.
— Фиби! — раздался откуда-то басовитый голос.
Зиг
Десять минут назад Алексу на комлинк пришёл приказ освободить меня. Я просто уволен и могу улетать со станции. Собрать свои пожитки. А документы все уже оформят постфактум. Вбежавший на гауптвахту радостный Тайсон попросил меня задержаться, чтобы ещё немного его постраховать.
После напряженного ожидания меня охватил осторожный восторг. Он мягко играл в крови.
— Стивен, — сказал я своему бывшему заместителю, — Я могу задержаться максимум на день. Мне нужно к семье. Давно их не видел.