Из Киева подальше удалиться,
Где менее всего возможность облучиться…
Но, как и сотням тысяч киевлян,
Назад к работе и делам
Пришлось обратно возвращаться,
Чтоб планам жизни не ломаться…
* * *
Но, более всего в сей драме удручало,
Покоя днем и ночью не давало,
Что он ведь все об этом знал,
Но ничего не предпринял,
Чтоб сей кошмар предотвратить,
Куда-нибудь об этом сообщить…
Однако же, пред ним частенько проплывала сцена:
Стоит он в кабинете важного партийного функционера –
Ученый, кандидат физмат наук,
Да еще доктор «без пяти минут»,
К тому же член КПСС, доцент,
В студентов призванный внедрять в любой момент
Марксистско-ленинское миропониманье,
Коммунистическое развивать сознанье…
И сей ученый, кандидат наук
Вещает этому функционеру вдруг,
Что, будто бы, к нему сам Люцифер явился,
Сперва своим он чудным глазом проявился:
Сей глаз, как телевизор, стал сигналы принимать
И их в сознаньи Ильича отображать –
Таким путем эзотеризм он изучает,
Что весь марксизм наш затмевает;
Еще он так же рассказал,
Что я не тот, кем я себя считал,
А есть потомок княжеского рода
И выходец не русского – венгерского народа,
Да день рожденья у меня совсем другой
И много всячины поведал мне иной…
И вот теперь, тот самый Люцифер,
Решил подать любезности пример
И хочет в честь дня моего рожденья
Устроить светопреставленье –
Реактор атомный взорвать,
Чтоб свою сущность показать,
Причем сказал, когда взорвет
И где все то произойдет…
Себе он живо представлял,
Пока он это излагал,
Как рот функционера раскрывался,
Как он все больше удивлялся,
Глаза его все больше расширялись
И страшным гневом наливались…
Да после вот такого монолога
Уж точно «дома желтого» не избежать порога!
Иль, в лучшем случае, после такой беседы
Начнутся всяческие беды:
Начнутся на работе недомолвки,
Усмешки, сплетни, кривотолки
В том смысле, что Ильич перетрудился –
С «поехавшею крышей» очутился;
А после и оргвыводы начнутся,
Что на работе на него польются:
Начнут его повсюду зажимать,
От дел общественных, научных отстранять,
На профсоюзный пост другой герой найдется
И лекции читать-то вряд ли уж придется…
И докторской защиты не видать,
И о карьере не мечтать –
Прощайте непосильные труды
И вольнодумные мечты…
При рассмотрении такой вот перспективы,
В отсутствии иной альтернативы
Не то, чтобы кого предупредить,
Но и вообще об этом говорить
Не возникало ни малейшего желанья –
Не рвалось из души повествованье…
Теперь, когда все это уж случилось
И в страшную реальность обратилось,
О том тем более нет смысла говорить,
Чтоб фантазером не прослыть:
Тебе никто уж не поверит
И смехом лишь рассказ отмерит…
Что делать Ильичу осталось?
Лишь созерцать трагедию досталось,
В молчании те драмы наблюдать,
В молчании их все переживать,
Готовить себя к встрече с Люцифером,
Что проявил себя таким манером.
А в том, что эта встреча состоится
И на нее сам Люцифер явится,
Чтобы контракт свой заключить,
Чтоб Ильича заполучить –
Он более сомнений не имел,
Ибо злодей сей доказать сумел,
Что он реально существует,
Что в этом мире он панует
И к Ильичу, коль привязался,
То просто так не отойдет
И, чтоб контракт их состоялся,