Петров привстал, изумленно глядя на Ратникова:
- Это бред какой-то, товарищ полковник. Ведь я сам видел как минимум три трупа милиционеров.
- Петр Петрович, вам хочется трупов?
Майор замялся, вытер пот с чумазого лица.
- Нет жертв среди милиционеров, - чеканя слова, произнес Ратников. - Только что разговаривал с нашей десяткой, куда всех привезли. Нет. А вы тут паникуете.
Петров поерзал на своем месте, поколебавшись, спросил:
- Ну а как же взрыв? Сгоревшие автомобили? Деревья, в конце концов.
Ратников поднялся со своего кресла, вытащил сигарету из пачки.
- Сгоревшие автомобили, вы говорите? Так они застрахованы, не бойтесь. Хозяева найдут способ вытащить из страховых компаний свои деньги.Деревья? А как вы думали, товарищ майор? Если наши соседи из района так неумело организовали захват особо опасного преступника, у которого, например, могла быть бомба? А вдруг этот самый Руков чеченский террорист? Почему захват не был организован со всеми правилами предосторожности? Ведь кто там руководил захватом? Капитан Артемьев, если мне память не изменяет?
Петров кивнул.
- Я подъехал уже слишком поздно, районный спецназ уже начал операцию захвата. Однако всегда существуют непредвиденные обстоятельства. Какое, к черту, оружие, если этот Руков вышел из вагона с пустыми руками?
Ратников вернулся на свое кресло, миролюбиво улыбнулся.
- Товарищ майор, прекратите разводить здесь слюни. Честно скажу, я предвидел осложнения, поэтому дал возможность Рукову доехать до Крисаново. Вы совершенно правы - сущесвтвуют непредвиденные обстоятельства. У меня в районе за последнюю неделю их уже вагон и маленькая тележка. Вы знаете, что пару часов назад на перекрестке Сокольничей и этой, как ее..? Вобщем, взорвали Вольксваген, принадлежащий "Интробанку".
- Это Мышигина что-ли?
Ратников поморщился как от зубной боли.
- Ну да, его. Вернее, его банка. Боже, и за что мне такой крест? Столько убийств и все в моем городе.
А по поводу Крисаново я скажу, что операция проведена грамотно, потерь среди личного состава нет. Мы что с вами, ради отчетов работаем что-ли? Мы охраняем закон! Приказываю составить список наиболее отличившихся к представлению к правительственным наградам. Вот.
Петр Петрович мрачно усмехнулся, думая о чем-то своем. Потом сказал усталым голосом:
- Кстати, Рукова убили там в Крисаново.
- Да ты что? - с деланным удивлением спросил Ратников. - Неужели правда? А где же его тело?
Петров замялся.
- Дело в том, что там рядом с ним были какие-то его друзья. Вобщем, когда вся эта буча началась...
В этот момент в дверь кабинета постучались.
- Войдите. - звонко сказал Ратников.
Вошел дежурный сержант и отдал честь.
- Разрешите, товарищ полковник?
- Да, что там у тебя?
- Товарищ полковник, к вам просится на прием господин Тюкин, директор "Интробанка". Хочет переговорить с вами лично.
- Впустите.
В сопровождении дежурного сержанта в кабинет вошел Антон Васильевич. Тюкин был гладко выбрит, одет в дорогой синий костюм. В руках он держал большой кожаный портфель. Супермен, а не человек. Если бы не глаза. Глаза были красными и усталыми. И вобще весь вид Тюкина, несмотря на его внешний лоск, говорил о глубоко озадаченном и встревоженном человеке.
Ратников подошел к Тюкину, протянул руку.
- Здравствуйте, я - Ратников. Чем могу быть полезен?
Тюкин вытащил из кармана носовой платок, вытер постоянно слезящиеся глаза, потом высморкался.
- Извините. Я - Тюкин Антон Васильевич, директор "Интробанка", в недавнем прошлом первый заместитель господина Мышигина.
Ратников предложил Антону Васильевичу присесть.
- Слушаю вас, господин Тюкин.
Антон Васильевич без слов открыл портфель, извлек на свет пару аудиокассет и одну видео.
- Вот. Здесь доказательства причастности господина Коренева, мэра нашего города, к убийству Мышигина. Так что, ваш этот Руков невиноват.
Ратников застыл от удивления и пару секунд не мог пошевелиться. Потом справился с собой, деловито подошел к Тюкину и забрал у него кассеты. Не в силах сдержаться от распирающего любопытства, он вставил кассету в видеомагнетофон и включил запись. С первых же кадров записи Ратников понял, что это шанс. Не обращая внимания на присутствующих, он зашел за сейф и хлебнул водки прямо из горлышка. Ратников прокрутил запись дважды. Майор Петров смотрел на экрана телевизора, как рыба, выкинутая на берег, широко открыв рот и выпучив глаза....
Полковник выключил запись, задумался, с трудом пытаясь скрыть бьющий наружу восторг.
- Так значит клад? - Ратников едва сдерживал нервное хихиканье от привалившей удачи. Он уже видел себя генералом.
- Да, господин полковник, - Тюкин снова схватился за носовой платок.- Я думаю, теперь вы сможете оказать содействие нашей компании в некотором ослаблении контроля со стороны мэрии.
- Безусловно, господин Тюкин, безусловно, - в голове полковника роились противоречивые мысли: "Клад! Чертов клад! Значит, он существует. Вот почему так неистово названивал Коренев, выясняя, где Руков! Значит, Руков знает, где клад! Сержевич, получается, обосрался и обосрался так, что туалетной бумаги не хватит, чтобы оттереться". Ратников постарался сделать лицо серьезным, с усилием сдерживая злорадную улыбку.
- Господин Тюкин, я вам весьма и весьма благодарен за оказанное содействие. Только что с вами? На вас лица нет.
Тюкин, не в силах сдерживаться, разрыдался.
- Моя...моя жена в больнице... У нее преждевременные роды. И все.. И все из-за этого Коренева...
Полковник быстро метнулся за сейф и плеснул в стакан водки, потом вышел, как ни в чем ни бывало, и протянул стакан Тюкину.
- Вот успокойтесь, Антон...э..ээ
- Васильевич.
- Да, Антон Васильевич. Будем надеяться, что с вашей женой все будет в порядке...
- Спасибо. - Тюкин проглотил содержимое стакана и закашлялся. - Так это....кхе, кхе...так это...
- Водка, Антон Васильевич. Потерпите немного, зато полегчает.
Тюкин отдышался.
- Спасибо, господин полковник. Я рад, что смог принести пользу. Надеюсь, что теперь, когда господин Коренев уже...- и прикусил язык.
Ратников среагировал моментально.
- Что господин Коренев? Договаривайте...
Тюкин мучительно искал выход из ситуации, наконец нашелся:
- Ну что он изобличен. Изобличен да. Так вот я думаю, что нашим коммерческим структурам будет легче сосуществовать с нашей милицией.
Ратников широко улыбнулся.
- Антон Васильевич, давайте договоримся так. Вы идите домой, отдохните, а завтра я вам позвоню, и мы все это оформим под протокольчик.
Тюкин замялся.
- Протокол нежелателен. Я вам передал информацию при личной встрече. Не хочу ставить какие-то подписи. Но если понадобится мое участие в суде, можете на меня рассчитывать.
Ратников нахмурился, но виду не подал.
- Хорошо, Антон Васильевич. Идите, отдыхайте. А мы тут посидим подумаем. В любом случае, вы сделали нам неоценимую услугу.
Тюкин в сопровождении дежурного сержанта вышел из кабинета. Ратников, в ту же секунду потерявший интерес к директору "Интробанка", подошел к телефону и набрал номер.
- Але, отдел бронирования? Когда ближайший рейс на Хабаровск? Да, да, из Москвы. Когда? Хорошо... Пожалуйста забронируйте мне один билет. Срочно!
Ратников положил трубку и облегченно выдохнул. Посмотрел на часы.
Петров подал голос:
- Товарищ полковник, так это, что с Крисаново делать-то будем?
Ратников посмотрел на Петрова с неподдельным удивлением:
- Майор, ты еще здесь?...
***
Семен машинально поднял руки вверх и скосил взгляд. Автомат был в руках коренастого, невысокого роста мужчины, одетого в спортивный костюм. На вид ему было не больше сорока. Лицо его, изрезанное преждевременными морщинами, было угрюмо и спокойно.
Неожиданно включился Мышигин. На этот раз Руков даже не успел среагировать.
- Понтон, привет!
Автомат прижался к голове Рукова еще плотнее.
- Откуда ты меня знаешь?
- Понтон, я тебе сейчас что-то скажу, а ты к этому отнесешься совершенно серьезно. Поэтому на всякий случай палец с курка убери.
- Слушай, кентяра, я тебя сразу не пришиб только потому, что ты как-то очень умело железяку повернул. Хочется выяснить, откуда знаешь, чтобы другим неповадно было.
Мышигин начал говорить очень медленно и тихо.
- Понтон, я - Мышигин!
Мужчина отреагировал очень спокойно.
- Ну и что? Я тоже, может быть, Рональд Рейган. Дальше что?
- Ты не понял, Витя, я - Мышигин Вячеслав Михайлович. Наши с тобой нары были направо от дежурного возле лампады. Мы это тогда так с тобой называли. Первое, что мы с тобой сделали на воле, это налили водки в деревянную бадью и плеснули свиньям в Шестаково, причем ты был против.
Понтон замер, будто переваривая все, что сказал Семен. Потом опустил автомат.
- Круто...И говоришь ты так, будто Вячеслав Михайлович... Ничего не понимаю.
- Витя, теперь въезжай по-взрослому. Меня убили. Но не убили мой мозг. В России существует кодло тварей из Африки, которые, используя какие-то свои колдовские примочки, могут переселить с мозгом всего человека в того, кто съест этот мозг, приготовленный по их блядским колдовским рецептам. Этот парень, который сейчас тебе все это говорит, вообще левый. Он этот мозг сожрал по ошибке. Но это даже очень неплохо, потому что он подарил мне новую жизнь. И я этих тварей достану. Только ты должен понять, что я - это этот мужик, который перед тобой. Его зовут Семен Иванович.
Понтон криво усмехнулся.
- Хорошо, Мышигин, если ты хочешь от человека с тремя ходками, чтобы он поверил во всю эту чепуху, которую ты здесь городишь, скажи, чья кровь на железке,- и Понтон кивнул на ржавую жердь.
- Я тебе скажу даже больше, Понтон. Ты помнишь, как я бросил тебе ствол, когда этот беззубый Жопстоп давил тебя ботинком? Ты помнишь, как мы, из-за моей жадности и подозрительности, пошли не в тот ход, который был нарисован на карте, а потом чуть было не перерезали друг друга от голода, пробиваясь к выходу? А когда на железке, о которой ты спрашиваешь, провалилась под землю Галка...
- А-а-а! - заорал не своим голосом Понтон и зарыдал, - сука, ведь ее можно было спасти...
- Витя, прийди в себя. Ты мне вспоминаешь Галку каждый раз, когда я здесь появляюсь. Ведь уже столько лет прошло...Ты же молодой мужик с горой денег. Найди себе...
Понтон снова поднял автомат и поднес его к голове Рукова.
- Слушай, Мышигин, или как там тебя теперь? Семен Семеныч?
- Семен Иванович, - спокойно ответил Руков голосом Мышигина. - У нас мало времени. Давай займемся делом. И перестань баловаться оружием.
Понтон опустил автомат, еще раз с подозрением посмотрел на Семена.
- Верю, Вячеслав Михайлович, вернее... Семен Иванович. Давайте... Действуйте. Коль вы Мышигин, так вы и сами все знаете.
Руков подошел к остаткам стены , взялся за кладку. Потом посмотрел на Понтона.
- Вить, ну не делай из себя идиота. Подержи швабру.
Понтон усмехнулся.
- Точно - Мышигин. Больше никто не знает. - с этими словами он всем телом надавил на железную жердь.
Семен, поднатужившись, сдвинул каменную кладку с места. При этом кусок стены развернулся, открывая вход в узкий, уходящий в глубину холма тоннель.
Семен выпрямился, отряхнул с себя пыль.
- Ну вот. Что и требовалось доказать.
Потом деловито подошел к Понтону.
- Автомат выкинь. Щас придут птицы-фенисты. Для них все и задумано.
Понтон криво недовольно усмехнулся.
- Кто бы сомневался... Вы, Вячеслав Михайлович, как что-то задумаете, так только успевай туалетную бумагу покупать. - с этими словами Понтон зашел за угловую башенку и засунул автомат в какую-то щель.
- Покурить-то хоть время есть? - спросил Понтон, озираясь по сторонам.
- Да кури, Витя. Только делай вид, что что-то тут ищешь.
Семен сжал ладони, постарался вернуться в себя самого. Это ему удалось легко.
- Вячеслав Михайлович, кто этот Понтон? - тихо, почти про себя, спросил Руков.
- Это мой сторож. Мой оплот. Второй человек после Аривонды, который спас мне жизнь. Я ему доверился, потому что тогда не было выбора. И он меня не подвел. А ведь мог. Уж очень большие сокровища были здесь запрятаны....
- Были? Я не ослышался? - Семен непонимающе осмотрелся и даже заглянул вглубь тоннеля.
- Были, потому что я ведь что-то потратил. На что банк поднимал, заправки? Ну львиная доля осталась там... Даже не львиная, слоновья...
- А кого вы птицами- фенистами назвали?
- А вон посмотрите, первый уже тут. Прав был ваш Федосеевич - раз засветился, потом не отмахаешься...
Руков выпрямился и оглянулся. Со стороны рощи к ним медленно приближался мужчина в длинном зеленом плаще. Увидев, что его заметили, он остановился метрах в десяти от Рукова и расстегнул плащ, показывая, что у него нет никакого оружия.
- Семен Иванович, добрый день, - мужчина приветливо улыбнулся, тщательно скрывая искры страха в слезящихся глазах.
- Вы кто, и откуда меня знаете? - Руков настороженно огляделся, чтобы убедиться в том, что кроме них никого рядом нет.
- Меня зовут Иван Иванович, я водитель мэра города, господина Коренева.
- Ага! Значит, и мэр где-то поблизости?
- Нет, нет, вы меня не так поняли. Я сам по себе. Хочу вам объяснить. Дело в том, что на вас было заведено уголовное дело по обвинению в убийстве Мышигина, - Иван Иванович говорил, нервничая, срываясь на фальцет, что его страшно раздражало, но он ничего не мог с этим поделать.
- Еще раз спрашиваю, откуда вы меня знаете и что вы здесь делаете? Почему мешаете мне поговорить со своим другом и отдохнуть на природе, в конце концов?
- Господин Руков, прошу меня понять правильно. Я спас вас от подозрения в убийстве.
- Каким образом?
- Дело в том, что в течение долгого времени я записывал на магнитофон разговоры господина Коренева. Была у меня такая возможность. И у меня есть все записи, касающиеся вашей непричастности к убийству Мышигина. Более того, у меня есть неопровержимые доказательства, что убийство Мышигина организовал господин Коренев, наш мэр.
- Ну что мне с вами делать, дорогой Иван Иванович?..-голос раздался настолько неожиданно, что никто сначала не понял, откуда он исходит. Бывший водитель мэра настолько привлек к себе внимание и Семена, и Понтона, что они совершенно перестали следить за окрестностями. Почувствовав себя в роли добропорядочных хозяев, Семен и Понтон одновременно оглянулись, жмурясь от яркого солнца, которое светило им в глаза. В ореоле солнечных бликов, в сногсшибательном кожаном пиджаке к ним приближался Юрий Сержевич, собственной персоной. Рядом с ним, немного поотстав, семенила ,одетая в спортивный костюм, соблазнительная женская фигурка. Яркое солнце, бьющее в глаза, не давало возможности рассмотреть, что за женщина сопровождает мэра. И только, когда оба подошли поближе, Семен узнал это симпатичное создание, от чего его сердце почти остановилось .
- Ну, привет, кладоискатели, - звонко прожурчала своим голоском Валечка, секретарша фирмы "Контро"...