"Семен Иванович, так этот негр меня и застрелил",- захрипел Мышигин, хрипя от злости, -"Я его морду никогда не забуду"...
На Рукова снова навалилась тягучая пустота, и перед глазами поплыли образы. Снова всплыло ненавистное лицо убийцы и большой палец на рукоятке с отрубленной передней фалангой. Вот откуда он знает это лицо!
Семен подошел к Ратникову.
- Господин полковник, вот кто убил Мышигина! - и Руков указал пальцем на Бубо.
Бубо перестал скулить и злобно посмотрел на Рукова.
- Ты с ума сошел, Руков, я не знаю никакого Мышигина! - лицо Бубо скривилось от страха .
Ратников подошел к Бубо, посмотрел на него с интересом.
- А действительно, господин Руков, почему вы так думаете?
- Я не думаю, я знаю. Посмотрите на его правую руку, там нет передней фаланги большого пальца.
Ратников зашел за спину Бубо и резко задрал его запястья.
- Опа! А таки действительно нет!
Бубо не выдержал нервного напряжения. Он резко развернулся и врезал Ратникову ногой в промежность, потом со всей мочи начал удирать к ближайшим деревьям. Полковник не ожидал такого продолжения и , заревев как дикий кабан, схватился за низ живота.
Юрий Иванович среагировал быстрее. Он громко заорал, направляя пистолет на убегающего Бубо:
- Стой, стрелять буду!
- Да стреляй уже, Юра, по ногам стреляй...- прохрипел Ратников, согнувшись пополам от боли.
Капитан открыл стрельбу и со второго выстрела пуля пробила Бубо колено. Негр страшно застонал и упал в траву.
- Подкопытов, быстро вызывай скорую и тащи его на бетонку, а то сюда скорая не заедет, - закричал капитан молодому высокому сержанту, опешившему от происходящего. Видимо, парень впервые участвовал в таком задержании.
Октавиан, почувствовав, что на некоторое время милиция перестала обращать на него внимание, бочком попятился ближе к открытому входу в подземелье, потом, в два огромных прыжка преодолев необходимое расстояние, скрылся в темной дыре. Туда же с быстротой молнии метнулся зеленый плащ Ивана Ивановича.
Понтон схватил Семена за рукав и с силой потянул за собой. Через мгновение и они оказались внутри тесного коридора и со всех ног помчались вниз, пока свет, проникавший с улицы, позволял видеть дорогу.
- Сейчас...- прокричал на ходу Понтон, - сейчас будет расширение тоннеля, держись рядом со мной.
Тоннель действительно расширился, Виктор затащил Семена куда-то в сторону, в закуток, и они остановились, чтобы отдышаться. Внезапно в тоннеле послышалось громкое пыхтение, и мимо них пробежал темный силуэт Коренева.
- И этот туда же, - прошептал Понтон.
Коренев бежал, пока было еще видно землю под ногами. Как только он оказался в кромешной тьме, он становился и отдышался. Потом вытащил из кармана зажигалку, щелкнул кремнием и осмотрелся. В этот момент где- то вверху раздались автоматные выстрелы и громкий мат. Затем помещение осветилось двумя мощными фонариками. По тоннелю спускались Ратников и два автоматчика. Коренев облегченно вздохнул.
Понтон потянул Семена дальше в темный проход.
- Пошли, Вячеслав Михайлович.
- Куда? За кладом?
- За кладом, за кладом. Представление скоро закончится. Нам сейчас ноги делать надо. Я знаю, куда идти. Пошли...
- Ну сколько тебя ждать, Ратников? - мэр нетерпеливо посмотрел на полковника.
- Куда они делись? - Ратников отчаянно оглядывался, освещая неровные каменные стены подземелья.
- А я откуда знаю? Но далеко уйти не могли.
Внезапно совсем рядом с ними послышался шорох, Ратников моментально направил фонарь в сторону звуков. Большая высокая тень метнулась в какую-то темную узкую арку, по-видимому, очередное ответвление от главного тоннеля.
- Вот он! - Коренев аж подпрыгнул. - Быстрей туда!
Ратников подбежал к арке и направил фонарь в глубь длинного сырого хода. Яркий сильный луч вырвал из темноты черную удаляющуюся тень.
Один из милиционеров вскинул автомат. Ратников придержал ствол.
- Не надо. Так возьмем.
В этот момент в глубине раздался неясный шум и громкий звон металла, как будто с большой скоростью начала разматыватья якорная цепь. Бегущий вдали силуэт пошатнулся и провалился под землю, в тот же момент до преследователей донесся громкий душераздирающий крик, и все стихло.
Ратников и Коренев быстрым шагом пошли вперед. Через несколько десятков метров под их ногами разверзлась огромная яма. Разогнавшись, они едва туда не свалились. Ратников осторожно наклонился над краем и посветил фонарем. На дне, утыканом острыми деревянными кольями, лежал мужчина в зеленом плаще, забрызганном кровью. Можно было с уверенностью сказать, что он был мертв, так как из его тела в нескольких местах торчали бурые от крови, острые, как отточенные карандаши, верхушки кольев...
***
Понтон что-то осторожно,наощупь искал в стене.
- Блин, я же помню, что это было здесь.
- Что?
- А вот, уже нашел...
Вспыхнула спичка и осветила Понтона, держащего длинную толстую свечу.
- Да у меня тут схранка была. Теперь быстро найдем дорогу.
- Куда, к кладу?
- Семен Иванович, потерпите, будет вам клад.
Понтон осторожно пошел вперед.
- Семен Иванович, постарайтесь следовать за мной след в след - здесь полно ловушек.
Руков, щурясь от больно бьющего по глазам света свечи, старался держаться ближе к черному силуэту Понтона, уверенно идущему впереди.
Коридор снова начал расширяться, на стенах появились странные знаки и рисунки.
- Вы что-то понимаете в этих знаках? - с любопытством поинтересовался Руков.
- Кое-что да. Уж очень долго пришлось заниматься поисками. Я только уразуметь не могу, почему вы спрашиваете? Ведь вы сами сказали, что вы - Мышигин.
- Не всегда. Иногда я становлюсь Мышигиным, иногда самим собой.
- Странно. Наверно, нелегко так жить?
- Непросто... Ой! - Семен оступился и обеими руками оперся о стену, чтобы не упасть. В ту же секунду из потолка со страшным грохотом вывалились два камня.
Понтон схватил Рукова за отвороты куртки и резко дернул на себя. В ту же секунду из того места, откуда вывалились камни, появилась решетка, сбитая из толстых заостренных кольев и с жутким скрежетом опустилась как раз на то место, где секунду назад стоял Руков.
- Послушайте, как вас там, господин Мышигин ли или Семен Иванович, я же предупреждал, идти за мной почти след в след и ни до чего не дотрагиваться!
Руков вытер со лба холодный пот, его всего мелко трясло.
- Да, хорошенькое местечко. Вы только что спасли мне жизнь...
- Все. Успокойтесь. Идемте за мной, нам уже недолго осталось.
Коридор еще больше расширился. Наконец где-то вдали забрезжило едва различимое свечение, похожее на отблеск дневного света. Понтон обернулся:
- Ну вот, Семен Иванович, похоже наше приключение закончилось.
- Как уже? А где же клад?
- Всему свое время. Идемте.
По мере приближения к источнику света коридор становился все шире и шире, пока, наконец не превратился в огромный зал с высокими каменными сводами. Очень высоко, под самым потолком, в четырех углах были проделаны отверстия, правильной круглой формы. Это и являлось источником света. Само помещение напоминало какое-то капище. В стены были вмурованы ржавые чугунные плиты с остатками цепей, в центре пола, сложенного из больших необработанных камней, высился кусок скалы, отшлифованный до матового блеска, напоминающий по форме стоящего на задних лапах медведя.
Семен почувствовал, что в нем снова объявился Мышигин. Объявился и затих, что-то выжидая.
Потом пробурчал: "Пусти меня". Семен усмехнулся и превратился в Вячеслава Михайловича, который громко произнес:
- Спасибо, Витя.
Понтон обернулся, посмотрел на Рукова, потом все понял.