- Да мне по хер, как драться. Каждый воюет как умеет. Ну давай, сучонок, покажи еще нам школу махателя железными предметами, научи спецназ десантуры жизни.
Ганнибал снова ринулся в атаку, но Семен умело уворачивался от клинка, который со свистом разрубал воздух. Наконец, сделав неудачное движение, Ганнибал снова попал в захват, и снова оказался на земле. Только на этот раз Семен его еще приложил ногой по позвоночнику. От боли легат начал кататься по пыльному тротуару. В этот момент в драку вмешался Бица. Он по-боксерски надвинулся на Семена и удары начали сыпаться со скоростью пулеметной очереди. Но Семен искусно блокировал все, хотя удары тяжелого Бицы были очень чувствительны. В какой-то момент, когда Бица выдохся, он получил неожиданный и сокрушительный удар ногой в пах, потом, не давая качку опомниться, Семен припечатал его лицом в железные прутья ограды. Брызнула кровь, посыпались зубы. Бица заорал не своим голосом. Несмотря на крики боли, Руков еще раз изо всех сил приложил Бицу к решетке. На этот раз качок кулем упал на землю. Семен перевел дыхание, и в этот самый момент в его спину вонзился клинок Ганнибала, тихонько подкравшегося сзади. От резкой боли Руков пошатнулся, ухватился за ствол молоденькой березки, росшей сразу возле ограды.
Ганнибал ликовал.
- Все, Глаз, теперь ты мой. Теперь ты точно мой.
Ганнибал приготовил шпагу для финального удара, но в этот момент раскаленный до красна шнур молнией вырвался из кармана его куртки и впился ему в руку, держащую шпагу. Легат заорал от боли и выронил оружие. Семен, собрав последние силы, рубанул Ганнибала ногой по горлу. Слуга Кляксы упал, потеряв сознание. Руков, шатаясь, поднял шпагу Ганнибала, которая вспыхнула в его руке демоническим матовым сиянием.
- Убей его этой шпагой! - кто-то проговорил над головой Семена низким и твердым голосом.
Семен вздрогнул и осмотрелся. Парк был безлюден, вокруг никого не было.
- Убей его!! - настойчиво повторил голос.
Семен подошел к Ганнибалу и занес шпагу. Но понял, что не сможет убить человека И вдруг какая-то сила взяла его за локоть и направила шпагу прямо в сердце легата. Руков выпустил рукоять и оглянулся. Никого не было. Ганнибал лежал, пронзенный собственной шпагой. Лицо его моментально постарело, кожа втянулась, обтягивая кости черепа, волосы на голове мгновенно поседели.
- Теперь забери у него амулет Аривонды. Он твой. И шпага твоя. Амулет Кляксы тоже твой. Теперь ты - легат....- голос гремел в голове Семена низким тембром, впечатывая в мозг каждое слово.
- Легат!!! - зашумело в листве окружающих деревьев.
- Легат!!! - зазвенел ржавчиной кованый забор.
- Легат!!! - послышалось со всех сторон, и какие-то тени начали выступать из темноты. Они окружали Семена, их становилось все больше.
Теряя силы, чувствуя как кровь стекает по спине и течет по ногам, Руков подошел к мертвому Ганнибалу и забрал у него амулет Аривонды. Это и был тот шнур, который помог Семену в бою. Предсказания Ивана Федосеевича сбылись. Потом Руков снял с шеи бывшего легата амулет Кляксы. Силы оставляли Семена.
"Кажись умираем, Семен Иванович", - раздался в голове грустный голос Мышигина.- "Попробуй хоть скорую вызвать, где твой мобильный"?
Окровавленными дрожащими руками Семен надел на шею оба амулета и упал на землю. Он умер.
Странные тени, появляющиеся из густого вечернего мрака окружали лежащего Семена все плотнее и склонялись над ним, испуская из себя светящуюся синюю энергию. Теней становилось все больше, сияние становилось все ярче...
Поздний одинокий трамвай, громко звеня металлическими колесами, выехал из-за поворота и загремел по раздолбанной одноколейке вдоль стены парка. Внезапно где-то за оградой выплеснулось в небо синее холодное зарево, и стало светло, как днем. Электрические провода под трамвайной штангой зашипели, разбрасывая искры, и трамвай остановился.
- Мамочка родная, - завопила сидящая возле окна бабка, подпиравшая ногами здоровые тряпичные сумки,- никак война началася!
- Ой, что же это делается-то? - завторила ей крашеная блондинка в вязаной кофточке.
Немногочисленные пассажиры сбились от страха возле двери. Зарево продолжало набирать силу...
Дорога в никуда
Сергей Вокрович Сантойо вошел в свой кабинет и включил компьютер. Настроение было подавленным. После бойни, которую организовал Иван Федосеевич в Крисаново, милиция просто взбесилась. Везде искали темнокожих. Местная желтая пресса отвязывалась на Рукове и директоре "Контро". Несчастный Павел Петрович закрылся у себя в офисе и пил горькую. Мэр города куда-то исчез, хотя пресса и выдавала это за внеочередной отпуск. Но самое тревожное было то, что никто не знал, где Руков. Муджароки выключилась, будто отстранилась от участия в коллегии. А вдруг, все эти столетия существования коллегии причастных были просто выдуманным фарсом? В это было невозможно поверить. Орден перестанет существовать. Нет, гора затаилась на время, профессор это чувствовал. То, что должен был сделать Семен, стоило тех невероятных усилий, которые приложили все члены коллегии за долгие столетия существования Ордена. Все были готовы броситься ему на помощь. Но он исчез. Глаз Муджароки оказался вне досягаемости энергии горы. Видимо там, где он был, присутствовала такая же сила, затаившаяся с доисторических времен. Профессор много читал о загадках замка Карадагы, который почему-то считался выдумкой. А те развалины камней, которые своей формой напоминали остатки древней крепости, ученые воспринимали как недоразумение. А ведь как раз оттуда била невообразимой силой непонятная энергия, которую Муджароки превозмочь не могла. И именно где-то там и исчез Руков, после чего скала замолчала. Может быть, новый Глаз сумел установить контакт между Муджароки и Карадагы, абсолютно о том не подозревая?
Сантойо не выходил из здания, благо он заранее позаботился о возможных неприятностях, которые можно было спрогнозировать, поэтому давно обставил и приготовил на черный день достаточно просторную подвальную комнату, где можно было перекантоваться в случае чего.
Вошла секретарша, принесла свежие газеты. Сантойо поблагодарил ее, попросив сварить кофе, но она не уходила, топчась на пороге.
Профессор поднял голову.
- Катюш, что-то еще?
- Да, Сергей Вокрович. Вас там дожидается Семен Руков. Просит аудиенции.
Сантойо не сразу понял смысл сказанного, а когда понял, вскочил с кресла с горящими от гнева глазами.
- Что??? Катя, почему вы это не сказали сразу? - профессор едва сдерживался от переполнявшего его возбуждения. - Немедленно пригласите его сюда!
- Да, но он не один.
- Что значит, не один?
- Он с девушкой.
- Да хоть с бабушкой! Немедленно зовите его сюда!
Катя, недовольно фыркнув, вышла из кабинета.
Профессор вскочил и задернул жалюзи на окнах. Потом пригладил свои жесткие черные волосы, заметно нервничая.
Открылась дверь и вошел Семен. Он совсем не изменился за четыре дня, которые его не видел Сантойо. Но так только казалось. Лицо Рукова приобрело мраморно бледный оттенок, глаза его светились мудростью и решимостью. Он был одет в белый льняной костюм американского производства, не очень элегантный, зато очень дорогой. Когда он вошел, какой-то сквозняк ворвался вместе с ним, сметая со стола свежие газеты, аккуратно положенные Катей. Это не был сквозняк, Сантойо трезво давал себе отчет, это была энергия, которая исходила из этого человека. За спиной Рукова, опустив голову, стояла очень красивая девушка.
- Здравствуйте, господин Сантойо.
Профессор подошел к Рукову и преклонил колено.
- Здравствуйте, мэтр.
Семен положил руку на плечо профессора. Потом сделал знак подняться.
Сантойо уже не мог сдерживаться.
- Семен Иванович, где вы пропадали? Ну как же так?
Руков улыбнулся своей обаятельной улыбкой и снова стал тем Семеном, с которым Сантойо познакомился четыре дня назад.
- Это долгая история, Сергей Вокрович, но завещание Пашота я выполнил.
- Вот как? Тогда покажите, пожалуйста. Ведь ради этого было затрачено столько сил и жизней!