Зокора выпрямилась и потянулась, как кошка.
— Всё по порядку, — сказала она.
— Если сможем использовать портал, то мы с Вашошем проводим Яноша и Зиглинду через пещеры к постоялому двору. Десять дней туда и обратно, больше времени это не займёт.
Я кивнул, хотя она сформулировала это не как вопрос. Она права, это была самая лучшая комбинация для короткой поездки обратно в «Молот».
— Вообще-то я предпочитаю теплую погоду здесь, — Янош улыбнулся Зиглинде. — Но думаю, эта поездка стоит того. Уже только чтобы увидеть лицо Эберхарда, когда он узнает, что мы с Зиглиндой обручились.
— Тогда нужно проверить, работает ли портал, — сказала Лиандра и встала. — А где, собственно, Армин?
— Он направился в посольство. Должно быть, он ушёл рано. Когда я вышла к завтраку, его уже не было и он оставил эту записку.
Наталия подняла записку. Я взглянул на неё, у Армина почерк был красивее, чем мой.
— Хорошо, — сказал я. — Мы с Лиандрой проверим портал.
— Думаю, я посплю подольше, — заявил Янош, зевая. — Прежде всего, если нам завтра действительно нужно будет уехать, использовав портал.
Когда мы подошли к посольству, я едва поверил своим глазам. Дом был полностью заново отштукатурен, и его большая часть уже была облицована глазурованной керамической плиткой, которую здесь так часто можно встретить на фасаде домов. На всех окнах красовались ставни, а рабочие, прямо под крышей, как раз выкладывали этими плитками декоративную полосу.
— Впечатляет, — заметила Лиандра.
Раствор между глазурованной плиткой был еще влажным, но при такой жаре я не сомневался, что вечером он будет уже сухим. Мы вместе вошли в здание, в нём пахло влажной штукатуркой, маслом, воском и свежей землёй. Запах последней стал ясен, когда мы достигли внутреннего двора.
Казалось, будто кто-то заколдовал это место. От высохшей растительности ничего не осталось, сюда привезли новую землю и посадили новые растения. На внутренний двор падала лёгкая тень, и я посмотрел наверх: двор был покрыт крышей из ромбовидных деревянных решёток, которые перехватывали добрую половину солнечного света.
Пожилой мужчина как раз сажал цветущий куст. Когда он нас увидел, он лишь кивнул и продолжил работать. Мы, потеряв дар речи, огляделись, а затем вошли в дом.
Здесь запах влажной штукатурки был сильнее. Все ставни были открыты, чтобы и внутренняя штукатурка могла высохнуть. В конечном итоге, мы нашли Армина в комнате, которая, вероятнее всего, была кухней. Он разговаривал с двумя рабочими. Они увидели нас с Лиандрой, и замолчав, оба низко поклонились.
На Армине была одета новая одежда, или же ему каким-то образом удалось быстро постирать старую. И всё же она уже снова испачкалась. Здесь в Газалабаде, как я между тем понял, гильдия ремесленников была хорошо организована. Каждый мастер носил что-то на своей одежде, что показывало принадлежность к его профессии.
Например, у плотника часто был вышит где-то символ отвеса, у пекаря — хлеб, у кузница — наковальня. У этих двух мастеров я не увидел такого символа, а их одежда была чистой. На одном из мужчин были одеты старые сапоги для верховой езды. Сапоги для мастеров были при такой жаре не совсем подходящей обувью.
Когда Армин увидел нас, он засиял и поспешил к нам.
— Разве эмир, долгой ему жизни, по-настоящему не щедрый человек? Он предоставил в наше распоряжение строителей из дворца, чтобы превратить это здание в драгоценность! Разве то, что было здесь сделано, не похоже на чудо? Эссэри, завтра, так мне сказали, можно будет уже въехать!
— Действительно впечатляет, Армин, — согласился я. — Вижу, ты владеешь ситуацией.
— Эссэри, всё так, как вы говорите. Боги наградили вашего слугу скромным талантом в организации. Для меня большая честь служить вам таким образом.
— Что ж, тогда мы больше не хотим тебе мешать. Я только хотел сказать, что цирк в городе.
— Мне никогда не помешает ваше присутствие, эссэри! Уже только вид эссэры, в сочетании со знанием, что это она будет здесь жить, подтолкнёт людей к настоящим выдающимся достижениям, чтобы их искусство было достойно красоты, которая будет здесь ходить!
Лиандра засмеялась.
— Спасибо. Ты не хочешь навестить свою семью?
— Позже, эссэра. У меня ещё много работы, — он посмотрел на нас. — Хотя всегда приятно видеть вас, но боюсь, что вы можете отвлечь рабочих. Вы не могли бы…
Я рассмеялся.
— Мы уже уходим. Мы ещё немного осмотримся в подвале.
Двое необычайно чистых мастеров продолжали кланяться, пока мы не вышли из кухни.