— Хавальд, — она положила руку на моё предплечье и посмотрела на корабль. — Разве это не священник Борона, которого мы видели во время казней.
Мы проследили, как священник поднялся на борт «Копья Славы» и исчез в кормовой каюте.
Лиандра посмотрела на меня и улыбнулась.
— Теперь я знаю, что они задумали. Хорошо, что мы не будем им мешать.
Я кивнул и взял её за руку.
— Теперь я многое понимаю. Все эти скрытые взгляды… Пошли, оставим их одних.
— Почему им обязательно нужно было встречаться на «Копье Славы»? — спросила она, когда мы пересекли ворота, ведущие к площади Зерна.
— Не думаю, что Армин выбрал этот корабль случайно. Скорее, он и Дерал, капитан корабля, знают друг друга уже давно.
— Но ты же его купил?
Я кивнул.
— Да, но куплю организовал Армин.
Она посмотрела на меня.
— Почему ты дал ему полную свободу действий?
— Он хорошо знает город. Он действительно помог мне, — я рассмеялся. — Только за это пришлось заплатить много золота.
Когда мы прибыли на площадь Дали, я увидел группу солдат из племени Кабана.
Они прогуливались по рынку и вели себя, словно солдаты в увольнительной. Я наблюдал, как один из них заигрывает с продавщицей воды. Казалось, у них всех было хорошее настроение, и не похоже, что они что-то замышляют.
Мне не нравилось, что в Газалабаде так много солдат, но, кажется, никто не придавал этому большого значения. Если я правильно помнил вчерашний пышный въезд пламени Башни, никому не показалось странным, что у эмира Яноса было столько солдат в свите. Может у меня просто паранойя.
Я бросил две медные монетки в миску продавщицы и передал Лиандре завёрнутые в пальмовый лист фрукты.
— Куда мы идём? — спросила она, осторожно опуская пальцы в миску с водой.
— Хочу ещё раз заглянуть к Хранителю Знаний, — сказал я.
— Зачем.
— Вчера я долго разговаривал с первосвященником Сольтара, в то время как ты налаживала дипломатические отношения. Я подумал, что он один из тех, кто лучше всего может оценить ситуацию здесь, в Газалабаде.
— Дипломатические отношения, — промолвила Лиандра, и я заметил лёгкую горечь в её голосе. — Иногда у меня складывалось впечатление, что они считают меня самозванкой.
Я посмотрел на неё, но она отмахнулась.
— Забудь. Что ты выяснил?
— Он подтвердил то, что рассказал Армин. С тех пор, как Фала почти сорок лет назад вернула племя Льва на трон Газалабада, люди стали счастливее, а влияние эмира значительно возросло. Газалабад стал самым сильным из девяти эмиратов. С тех пор, как родилась Файлид, её считают особенно благословлённой богами. Её почитают, и каждый день люди молятся за неё, — я улыбнулся, когда вспомнил первосвященника. — Думаю, богам это нравится.
Лиандра вопросительно посмотрела на меня.
— Что такое?
— Ничего. Просто в голове мелькнула странная мысль. То, что люди желают получить от богов, кажется более понятным, чем то, что боги хотят от нас.
Она странно на меня посмотрела.
— С каких пор ты размышляешь о теологических вопросах?
— С тех пор, как красивый полу эльф вырвала меня из моей летаргии.
Она сжала мою руку.
— Продолжай свой рассказ о том, что сказал священник.
— Что ж, принцесса Файлид является той, о ком думают, что стать следующей калифой её выбрали сами боги. По крайней мере, в Газалабаде. Как мне сказала Фала — это мать эмира — люди здесь довольно суеверны и уделяют большое внимание предзнаменованиям. Племя Льва наделено добрым знаком благодаря легенде о Джербиле Конай, Столпа Чести и Серафины, Дочери Воды. Эта легенда пришла из того времени, когда Газалабад был самым величественным городом империи, из золотого века Бессарина.
— Разве Бессарин не был тогда частью империи? — спросила Лиандра. Я остановился, чтобы понаблюдать за артистом, который жонглировал почти дюжиной разноцветных шаров. — Да. Хотя губернатор Бессарина был назначен Аскиром, но выбран из племён Бессарина. Он считался способным человеком, и был очень популярен. Серафина была его дочерью.
— Но ведь он был назначен Аскиром. И всё же нравился людям?
— Это следующее, что я выяснил. До сих пор у меня складывалось впечатление, что отречься от престола Асканнона заставила политическая ситуация. Но всё было совсем не так. С тех пор прошло много времени, и предания противоречат друг другу. Но они все сходятся в одном: та история, в которой короли осадили Аскир, была преувеличением. Они бы не смогли противостоять могуществу Асканнона. У меня такое впечатление, что всё это было спланировано им. Аскирский договор — очень подробное соглашение. Даже магу понадобилось бы время, чтобы создать такой сложный договор, и всё же он был у него под рукой. Короли подписали его ещё в тот же день, и были согласны со всеми условиями. Непохоже, чтобы Асканнон уступил.