Она была тут совсем недавно. Творила хитрое обманное чародейство, уговаривая лес сокрыть её от любопытных глаз безрассудных путников, что изредка отваживаются пройти по этому пути и спрятать от зорких глаз врагов. Я чувствовала ведьмино колдовство искусным плетением. Мелодией, проросшей в окружающее пространство. Высшее мастерство, сравнимое лишь с тем, на что способны древние духи-хранители.
Но прочувствовать это одно, а пройти по ведьминой тропе — иное. Не пустит она случайного путника, каким бы сильным он не был.
Обернувшись, я убедилась в том, что лошади привязаны и схватила Канера за руку.
— Тиса?
— Кажется, я знаю дорогу. Идём, — прошептала я, как будто это имело значение. Уверена, что такая сильная ведьма уже почувствовала наше приближение.
Пока мы продирались сквозь колючие ветки, стремясь встретиться с изгнанницей, пасмурный день сменился непроглядной ночью. Из мрака слышались зловещие звуки, напоминающие звериное рычание, но я не реагировала на это, видя перед собой лишь цель.
— Похоже, Магдаль совсем не рада гостям, — проворчал Канер, который вообще ничего сейчас не видел.
— Она хочет, чтобы мы так думали.
Спорить со мной он не стал, за что я была ему благодарна. Лишние разговоры вполне могут отвлечь от реальной опасности.
Но мрак неожиданно рассеялся, и мы оказались на большой полянке, которую пересекала извилистая тропинка, ведущая прямиком к ветхому домику с залатанной крышей. Крыльцо лесного жилища давно прогнило и провисло, а одна из стен и вовсе поросла мхом.
Стоило приблизиться, как дверь старого покосившегося дома со скрипом открылась и на порог вышла женщина в длинном льняном платье серого цвета. В том, что это была именно та, кого мы искали, я почему-то нисколько не сомневалась. Вот только выглядела Магдаль далеко не старухой.
У высокой женщины со строгим смуглым лицом были яркие светло-карие глаза медового оттенка и чёрные тонкие брови. Единственное, что выглядело странно и неуместно, это длинные седые волосы, собранные в аккуратные косы.
— Я ждала тебя, Видящая, — спокойно произнесла она. — А вот с твоими спутниками даже не знаю, как поступить…
Ведьма сделала вид, что задумалась, а я воспользовалась этим, чтобы обернуться. Никого, кроме Канера рядом со мной.
Никого. Только странное ощущение, что…
— Заходи в мой дом, Видящая. Остальные подождут тебя здесь, — решила ведьма и резко крутанувшись, исчезла в доме.
Поймав мой встревоженный взгляд, мужчина отрицательно покачал головой.
— Я не имею к этому никакого отношения.
— Верю, — коротко сжала его пальцы и выпустила его руку.
Осторожно ступая на ветхие доски порога, я вошла в дом ведьмы и прикрыла за собой дверь.
Внутри дома меня не ожидало никакой мистики, какую любят приписывать ведьмам и чародейкам. Седовласая женщина осталась прежней, дом внутри не казался больше, чем снаружи, а само жилище больше походило на старую охотничью избушку нежели на логово ведьмы. Ни трав под потолком, ни загадочных животных. Старая облупленная печь, чёрная шкура какого-то животного на полу, грубый деревянный стол да лавка — вот и весь скромный интерьер.
Сама ведьма стояла у узенького окна и что-то нашёптывала. Я не решилась её прерывать, но внезапно дом сотряс сильнейший удар. Хилая избушка застонала и накренилась вбок. Магдаль едва устояла на ногах, но вместо того, чтобы паниковать, громко рассмеялась, обнажив крупные белые зубы.
— Силён, — выдохнула она и перевела на меня свой безумный взгляд. — Только никто не может зайти сюда, пока я этого не пожелаю.
Мне показалось, что лучшего момента увидеть будущее этой женщины и быть не может. И это единственное неосторожное действие едва не погубило меня, заставив хвататься за горло в попытке вдохнуть воздуха. Но лёгкие словно свело в жутком спазме.
Тьма перед глазами взрывалась яркими вспышками и картинами грядущего, которые никак не могли быть связанными только лишь с ведьмой.
Мёртвые. Много мёртвых тел. Истерзанные и лежащие на столах, как материал для изучения, умирающие в собственных постелях и тела, что соткали собой кровавое бранное поле…
Чьи-то цепкие пальцы впились в мои предплечья, сжимая их до боли, и только это привело меня в чувство.
— Э, нееет, — протянула Магдаль. — Больше ты никогда не взглянешь на меня.
— Почему я увидела только мёртвых в твоей судьбе и совсем ничего о тебе самой? — спросила я, едва взгляд прояснился.
— Ты слышишь себя, Видящая? Если нет, то пора этому учиться. А то мало того, что полуслепая, так ещё и слышать не хочешь.
Голос ведьмы звучал с глубокой укоризной, что заставило меня на самом деле ощутить себя виноватой. Хотя, если рассудить здраво, то, похоже, эта ведьма совсем обезумела в одиночестве. Да, у неё есть сила. И немаленькая. Но каждое её действие только подтверждает мою догадку. Стоило послушать Канера и вообще забыть эту идею.
— Прости, что потревожила тебя. Наверное, я совершила ошибку, — проговорила я, собираясь прямо сейчас развернуться и уйти, покинув проклятую избушку.
— Можешь возвращаться в город. Только для начала ответь, для того ли ты сюда приходила?
— Я приходила за помощью, но как видно, не получу её.
— Получишь. На моих условиях, — янтарные глаза ведьмы прищурились в полумраке, странно мерцая, как будто отражали танцующий свет видимой только им свечи.
Проходит секунда-другая. Чувствую, что времени на раздумья дано немного и отвечаю так, как велит сердце.
— Проси, чего хочешь. Только помоги выстоять.
— Так тому и быть, Видящая, — улыбнулась Магдаль. — А теперь слушай…
И едва она начала говорить, меня будто холодом сковало. Слова, сказанные мне в тот день ведьмой, не дали надежды, но вселили безграничное спокойствие. Впервые вот так просто кто-то предсказывал судьбу мне…
Первые шаги после разговора с ведьмой я делала словно во сне. Совсем не помню, как открыла дверь и оказалась на улице, споткнувшись о порог, обессилено упала в руки Канера.
— Тиса, что случилось? — обеспокоенно поинтересовался он, подхватив меня и пытаясь понять, что довело меня до такого состояния.
— Всё в порядке сейчас будет. Просто голова закружилась, — соврала я, позволяя внутреннему холоду захватывать всё новые кусочки своей души. — Пойдём скорее. В замке нас уже потеряли.
Только когда мы снова оказались на дороге, подозрительно быстро пробравшись через буреломы, он снова спросил:
— О чём ты говорила с ведьмой?
— О том, что она может нам помочь.
— На каких же условиях, интересно? — немного раздражённо поинтересовался Канер и немного смягчившись, пояснил: — Магдаль всегда соглашалась делать что-либо только на своих условиях. Обычно они напоминают рекомендации лекаря, но бывали и довольно странные.
Мне совсем не хотелось говорить о том, что сказала мне ведьма и, наверное, я могла придумать что-нибудь, избежав дальнейших расспросов. Но Канеру необходимо знать.
— Обещай, что это останется между нами.
— Если не будет угрожать безопасности государства…
— То, что сказала мне Магдаль, касается только меня, — отрезала я. — Просто ты единственный, кто может проследить за тем, чтобы всё прошло так, как нужно.
Канер тронул меня за руку и взглянул встревожено, отчего я едва не пожалела о принятом решении.
«Ну чего ты раскисла, Шальтиса? Говори ему и возвращайтесь. Ты ведь нужна в замке», — сказала я себе.
— Она сказала, что скоро я погибну и просила заранее распорядиться, чтобы после смерти моё тело отдали ей, — произнесла я, собравшись с духом.
Отреагировал Канер именно так, как я и ожидала. Попытался успокоить и переубедить.
— Даже не думай об этом, Тиса. Теперь, когда мы знаем, с чем имеем дело, то сможем защитить тебя. Охрану усилим, и ничего не случится. Магдаль никогда не была провидицей, она просто не может знать всего наверняка.