Он не забыл неустрашимого воина Скорпиона, молодого и поразительно красивого, и рассудительного Нармера, которого боги избрали царем, когда кровопролитные бои закончились. Сегодня вместе с супругой, жрицей богини Нейт, он правил Двумя Землями, и все в Нехене ожидали его приезда.
Оставался только один враждебный клан — клан Крокодила, повелителю которого хватило ума не погибнуть вместе с ливийцами. Рептилии могли в любой момент нанести противнику серьезный урон, но в одиночку Крокодилу с Нармером все равно не справиться…
Ветеран вкушал все удовольствия мирного времени, обретенного дорогой ценой. Положив конец войне и уничтожив захватчиков, царь дал ослабленной стране новое дыхание.
Помощник потряс его за плечо.
— Простите, что приходится вас будить… Случилось нечто важное!
— Так реши это сам!
— Я не имею на это права!
Комендант нехотя поднялся, облился прохладной водой и надел набедренную повязку. Он был настолько рассержен, что намеревался устроить нешуточную взбучку любому, кто нарушил его отдых.
— Что случилось?
— Нам предлагают сложить оружие!
— Ты… Ты бредишь?
— Идите и посмотрите сами!
Комендант поспешил к входу в военный лагерь, разбитый недалеко от ворот Нехена.
Там его встретила толпа крестьян. Вперед вышел молодой мужчина с великолепно сложенным мускулистым телом.
— Скорпион! Рад тебя видеть! Какое задание поручил тебе Нармер?
— Нармер стал моим врагом, и очень скоро я с ним расправлюсь.
Комендант не поверил своим ушам.
— Ты… ты шутишь?
— Я — повелитель Двух Земель и требую, чтобы гарнизон немедленно сдался!
— Это невозможно! Я подчиняюсь только царю.
— Твой единственный повелитель — это я!
— Скорпион… Ты сошел с ума?
— Или ты преклонишься передо мной, или я уничтожу твой гарнизон!
— У твоих бандитов нет оружия!
— От тебя ускользнуло главное, комендант: ярость Сета направляет их руку!
— Уходи, прошу тебя! Разве мы не сражались плечом к плечу?
— Мой брат прогнал меня и заплатит за это жизнью. Не противься мне!
— Уходи! Или я прикажу солдатам стрелять!
Описав в воздухе дугу, палица рухнула с такой силой, что рассекла тело коменданта на две половины.
— Вперед! — приказал Скорпион.
Орущая разъяренная масса погребла под собой перепуганных и лишившихся командира солдат.
Нескольким лучникам удалось выстрелить, пехота выставила вперед копья, но, безразличные к потере сотоварищей, солдаты Скорпиона шли за своим предводителем, чья палица прореживала ряды противника. Крестьяне били солдат ногами, отбирали у них оружие, а затем убивали, разя налево и направо. Вскоре все было кончено.
Слегка запыхавшийся Скорпион обвел взглядом поле битвы. Опьяненные успехом, его люди добивали раненых.
Обходя трупы, к нему подошла Ирис. Ее золотые украшения сверкали на солнце.
Притянув ее к себе, любовник пылко поцеловал ее в губы.
— Этой ночью я подарю тебе такое удовольствие, какого ты раньше не знал! — пообещала она.
50
Ирис исполнила свое обещание. Скорпион, который отнесся к ее словам скептически, вынужден был признать, что лучшей ночи любви в его жизни не было. В своей любовнице он открыл таланты, о которых не подозревал, а она, сияя от счастья, никак не могла насытиться его сильным и совершенным телом.
— Когда ты разделался с этим болваном комендантом, я почувствовала, что хочу тебя! — призналась она. — Такой удар, и сила, и решимость… Эта страна должна принадлежать тебе, моя любовь! А теперь ты захватишь Нехен!
— Нет, не теперь.
Удивленная, Ирис приподнялась, опираясь на локоть.
Скорпион, положив руки ей на груди, заставил ее лечь.
— Ты… Ты передумал? — спросила молодая женщина.
Плотоядная улыбка послужила ей ответом.
— Никогда не повторяй этого слова: оно меня раздражает.
— Тогда объясни!
На лице Скорпиона появилась гримаса неудовольствия.
— Помнишь, что представляет собой Нехен, моя глупенькая? Его стены, храмы, дворец, усыпальницы слоненка и Быка… В течение многих недель армии Льва и Крокодила осаждали город, и мы опасались, что живыми из него не выберемся. Даже после разгрома и кратковременного владычества шумеров Нехен стал отправной точкой освободительного движения. Нармер был коронован в этом городе, и с того дня никто не смеет оспаривать законность его правления.