Часть 3
ВСТРЕЧИ И СОЮЗЫ
18. Посланники Небес
Все еще размахивая мечом, монгол кричал что-то в направлении деревни. Из палаток, вернее, из юрт, поправил себя Коля, набежало больше вооруженных воинов. За ними пришли женщины и дети.
У мужчин были типичные азиатские черты: широкие лица, небольшие черные глаза. Черные как смоль волосы были забраны в хвосты. Некоторые носили на голове повязку. На монголах были мешковатые серовато-коричневые штаны, которые они заправляли в сапоги, либо не заправляли, если были босиком. Детишки смотрели на пришельцев широко открытыми глазами, полными любопытства.
Местные жители выглядели решительными и сильными. С угрожающим видом воины окружили ослабленных долгим пребыванием в невесомости космонавтов плотным кольцом. Коля старался удержаться на ногах. Его всего трясло. Обезглавленное тело Мусы, из которого вытекали последние капли крови, продолжало лежать у корпуса «Союза».
Убийца Мусы подошел к Сейбл, и она пристально на него посмотрела. Бесцеремонно он схватил ее за грудь и сдавил.
Женщина не шелохнулась.
— Господи, ну от него и несет, — сказала она.
Коля услышал в ее голосе нотки тревоги, что выдавало в ней страх, который она пыталась утаить, стараясь казаться непоколебимой. Но монгол отошел от нее.
Воины начали о чем-то совещаться, то и дело бросая взгляд на космонавтов, на «Союз» и парашютный шелк, который неуклюже распластался в степной зелени.
— Знаешь, о чем они говорят? — сказала Сейбл шепотом. — Тебя они сейчас убьют, а со мной позабавятся и потом тоже убьют.
— Старайся не показывать виду, что тебе страшно, — посоветовал Коля.
Внезапно повисшую в воздухе напряженность разорвал пронзительный крик. Маленькая девочка лет пяти, с лицом круглым, как пуговица, притронулась к поверхности корпуса «Союза» и в ту же секунду отскочила от нее с обожженной ладонью.
Все как один монгольские воины зарычали. Убийца Мусы приставил к Колиному горлу меч. Его рот был открыт, глаза были маленькими, и Коля почувствовал запах мяса и молока в его дыхании. Неожиданно весь мир вокруг него стал очень живым: он четко чувствовал запах животных, идущий от стоявшего перед ним воина, аромат выпаленной солнцем степи и даже стук собственной пульсирующей крови, отдающийся в уши. Неужели этому суждено стать его последним воспоминанием перед тем, как он отправится в темноту вслед за Мусой?
— Даругхачи, — произнес вдруг Коля. — Тенгри. Даругхачи.
Глаза монгола округлились. Он отступил, но продолжал держать меч поднятым, и разговор с соратниками возобновился, правда, теперь воины смотрели на них с еще большей враждебностью.
— Что ты ему сказал? — процедила сквозь зубы Сейбл.
— Вспомнил свои школьные годы. — Коля старался говорить спокойно. — Я не был уверен. Это мог оказаться совсем не их язык: мы могли приземлиться где угодно во времени…
— Что за язык, Коля?
— Монгольский.
— Я так и знала, — фыркнула Сейбл.
— Я сказал, что мы — посланники. Посланники Вечного Неба. Если они этому поверят, то должны будут относиться к нам с почтением. Может быть, отведут нас к местным властям. Я блефую, просто блефую…
— Хорошо придумано, бэтмен, — сказала Сейбл. — В конце концов, ребята видели, что мы упали с неба. «Отведите меня к вашему правителю». В кино это всегда срабатывает. — И она даже засмеялась, правда, смех у нее получился неестественным и неприятным.
Наконец круг вокруг космонавтов разомкнулся и никто не стал их убивать. Один из воинов надел на себя тулуп и фетровую шапку, побежал к своей хромой лошади, привязанной возле юрты, вскочил на нее и стрелой помчался прочь из селения.
Космонавтам связали руки за спинами и тумаками погнали в направлении одной из юрт. Даже со свободными руками идти им было бы тяжело. Коле казалось, что все его тело налилось свинцом, а в голове звенел колокол. Таращащаяся на них ребятня образовала по обе стороны пленников своего рода почетный караул. Один из детей, на вид мерзкий хулиган, кинул в пленников камнем и попал Криволапову в плечо. Это едва ли можно было назвать торжественным возвращением на Землю, но, по крайней мере, они были живы, по крайней мере, он сумел выиграть для них немного времени.