Они вошли в дом. Огромная комната. Кушетки, диваны, журнальный столик, огромная плазма, ВОЛКОВ...
Хозяин дома стоял к ним спиной, задумчиво глядя в стеклянную стену, выходящую на запад. Он повернулся не сразу. На нём была светлая хлопчатобумажная рубаха и такие же брюки. Рыжие волосы блестели от влаги.
- Ваша гостья здесь! - объявил пилот и сделал под козырек.
Алексей кивнул, даже не взглянув на него. Он пристально смотрел на Тамару.
- Я прощу прощения, что не встретил вас лично! - наконец, вымолвил он. - Не смог вовремя вырваться от гостей, и нужно было переодеться.
- Каких гостей? - удивилась она. Остров казался совершенно безлюдным.
- Вчера у меня был день рождения, на острове сорок человек!
- Но где же они? - поразилась она.
- На яхте. С другой стороны острова. Я добрался сюда вплавь, хотел, чтобы они не заметили моего исчезновения.
- Вы так хорошо плаваете?
- Нет, плохо, - спокойно ответил он. - Поэтому-то я и не успел встретить вас лично.
Он разговаривал слишком любезно. Слишком серьезно смотрел на неё. И от него явно исходил свежий запах дорогого одеколона, которым он явно воспользовался совсем недавно. Её хозяин очевидно хотел произвести впечатление. Всё это смутило её, создав в чувствах смуту. Она приехала, чтобы ненавидеть его. Но теперь ненависть приходилось отменять.
- Как ваш перелёт? Надеюсь, он не слишком утомил вас? - казалось, он готов был рассыпаться в любезностях перед нею, словно это был её остров, и Яблоко принадлежало ей, а не наоборот. Его поведение, взгляд, сегодняшняя энергетика - всё это составляло поразительный контраст тому, что она наблюдала при первом знакомстве. Тамара вдруг почувствовала себя маленькой, смущённой девочкой, способной только на односложные ответы: “да” и “нет”.
- Через две минуты накроют стол для ужина. Вы не возражаете? Думаю, вы изрядно проголодались.
Она сняла шляпку с вуалью и пристроила её на диван, искоса поглядев на Волкова. Но его лицо осталось безмятежным. Тогда она решила проверить эту безмятежность на крепость:
- Моё лицо без вуали возбуждает вас, не так ли? Красные рубцы лучше всякой красной помады, ведь так?
- Мне это не приходило в голову, но это интересная мысль. Я ней подумаю, - спокойно отреагировал он.
Он пригласил её за стол, сервированный на две персоны. Официант начал вносить блюда. Теперь посреди стола возвышалось ведёрко со льдом и шампанским.
- Как же это вы покинули своих гостей? Что они скажут?
- Если вы хотите, позднее мы присоединимся к ним. - уклончиво ответил он.
- Не особо. Разве что там будут танцы. Я люблю танцевать. По любому поводу.
- Конечно, танцы были и будут. Но мне кажется, сначала нам стоит побыть наедине и получше познакомиться.
- Зачем? Разве это обязательно, если вы в одностороннем порядке вознамерились сделать меня своей любовницей? - она испытующе посмотрела на него. Сейчас он не казался опасным и упрямым человеком, скорее мужчиной, которым можно было и манипулировать.
- Ну почему же? У вас будет альтернатива.
- Но в прошлый раз вы сказали, что пришли лишь поставить меня в известность и что я наврежу себе в обратном случае.
- Я так сказал, потому что считаю, что несмотря на наличие альтернативного решения, вы всё равно выберите единственно правильный вариант. Не под моим давлением. Сами!
- Что заставляет вас так думать?
- Просто я достаточно из себя представляю как мужчина, чтобы любая самая прекрасная женщина или молодая девушка сочла за честь быть со мной.
Его прямой ответ обезоружил её. Не дождавшись ответа, он продолжил.
- Кроме того, у меня есть всё, что только может представить воображение. В том числе и рай, который вы наблюдали сегодня. Многое из этого может стать и вашим, если вы станете моей по своей воле, - он говорил с мягкими интонациями, но всё же это были сейчас интонации дельца.
- Вы ничего не знаете о моём воображении! - резко парировала она.
- Что же, просвятите меня! Расскажите мне о ваших мечтах!
- Например, хочу Яблоко! Хочу владеть контрольным пакетом Red Apple! - её взгляд был невозмутим. Лишь чуть-чуть дрогнули уголки губ в попытке спрятать улыбку.
Он несколько секунд смотрел на неё пытливо, с непроницаемым выражением на лице. И вдруг она заволновалась. Как-будто его ответ играл каую-то роль в её жизни.
- Хорошо, - ответил он, наконец, со спокойной улыбкой. - Как только вы пожелаете стать моей, я подпишу все бумаги. Если хотите, завтра сюда прилетит мой юрист и нотариус, они всё устроят.