Тамара всё ещё была на сцене, когда в зал стремительно ворвался Майкл и одним королевским жестом в сторону звуковика установил в зале полную тишину. Он быстро поднялся на сцену и подошел к Тамаре. С десяток ушей и глаз напряглись до предела человеческих возможностей, чтобы подслушать хоть один звук, поймать хоть одно неудачное, выдающее себя с головой, движение. Между мужчиной и женщиной на сцене происходило что-то заслуживающее внимания. Майкл о чём-то просил шёпотом, умолял, начал требовать. Тамара мотала головой. Её губы что-то прошептали, но Майкл уже решительно держал её лицо в своих ладонях, его губы, рассерженно и жадно впившиеся в её, заставили перепонки окружающих вздрогнуть, как от резкого хлопка. Это был самый мощный поцелуй в истории клуба, взорвавший зал как бомба, отзвуки которой ещё долго висели в коридорах Яблока.
Майкл слетел вниз подобно урагану и, как и положено всеразрушающей стихии, в сердцах с силой отбросил забытый кем-то посреди дороги стул. Но грохот упавшего куска дерева не мог соперничать с эффектом, который произвел поцелуй. С бешеным лицом директор исчез за дверью.
Больше не было шелеста шёпота, словно злой осенний ветер сорвал с деревьев и унес далеко прочь всю оставшуюся обескровленную листву.
Не слышно было хихиканья. Музыка заиграла вновь. И только Тамара не слышала музыку. В ушах всё еще звучал шёпот Майкла: "Доверься мне! Я должен сделать кое-что. Я поцелую тебя! Все должны думать, что между нами что-то есть! Поверь, я знаю, что говорю! Никто не поверит, что на фотографии ты, если будут знать, что у меня роман с тобой…"
- Анжела, тебя хочет видеть Майкл! Это срочно! - прострекотал мрачный голос Тины с другой стороны линии.
- А мне сейчас не до него! - сообщила Анжела. Она была в гневе из-за поступка любовника.
- Ты должна подняться сюда сейчас. Иначе он уволит тебя! - голос Тины не обещал ничего хорошего.
- Ах, так! Ну тогда, непременно!
Тина услышала одинокие гудки. Она была уверена, что своенравная любовница босса не объявится. Но к её удивлению, через пять минут её царственное тело явило себя в приёмной.
- Он один, - сухо доложила Тина.
- Один - господин, - пробурчала блондинка и зацокала к двери начальника.
Когда Анжела вошла к Майклу, он стоял к ней спиной. Замурлыкав песенку, девушка неспешно направилась к нему. Но Майкл опередил её. Резко повернувшись, он ринулся к ней, как зверь, и она сжалась, ожидая удара. И он хотел бы ударить. Его лицо было искажено гневом. Но он лишь в сердцах сжал её загривок и подтолкнул к креслу. Присмирев, она приземлилась туда.
Майкл вернулся на своё место. Сложил костяшки пальцев вместе. Зверь отступил, уступая место стервецу. Некоторое время он сидел молча, угрюмо изучая её.
- И? - начала она. - Кто из нас первым решится начать скандал?
- Анжела, - начал он спокойно, - сколько часов в день ты проводишь на репетициях?
Она казалась удивлённой.
- Четыре часа в день. - был её ответ.
- Тренируйся шесть! - ехидно сказал он, глядя на неё недобрым взглядом.
- Почему? - она казалась сбитой с толку.
- Отныне тебе нужно танцевать очень хорошо! Намного лучше, чем раньше! Знаешь, зачем? - он уставился на неё с улыбкой, которая, правда, не сулила ничего хорошего.
- Ну уж скажи! - её тон снова стал вызывающим.
- Чтобы привлечь внимание нового любовника! - выпалил он. - Мы больше не вместе! У меня всё. Ты свободна. - он уставился в окно со скучающим видом.
- И всё? - она была слишком ошарашена, чтобы держать хорошую мину при плохой игре. На какие-то мгновения она забыла про свою измену, женское самолюбие заныло. - Всё закончится вот так бесславно, в одну секунду?
Майкл потянулся к коммутатору:
- Тина, - бодро обратился он к помощнице, - приготовь два кофе и пусть финансовый директор подымается сюда. И да, закажи сто одну розу. И да, сначала пусть занесут сюда, положи туда конверт с пустой запиской.
- Для кого? - осторожно уточнила Тины.
- Конечно, для Тамары.
- Ещё распоряжения? - деловито уточнил голос с её стороны коммутатора.
- Ни-ка-ких! Отбой!
Он снова отвернулся к окну и засвистел какую-то мелодию.
Анжела знала, что ей пока нельзя терять Майкла.
- Майкл! - начала было она. Но ответом ей был лишь мелодичный свист. Она вдруг подумала, что ему известно про её Феррари. Про нового любовника. Гордыня заставила её прикусить язык. Но она не сразу заставила себя встать. Секунд пять она сидела, глядя в сторону. Да, если Майкл не знал про Феррари, то его поведение по-женски было обидным. Анжела встала и двинулась на выход. Цоканье её лабутенов сегодня не звучало как победный марш. Когда она приблизилась к выходу, Майкл окликнул её.