только слегка уложил их гелем, который почти не видно, насыщенного графитового цвета брюки, светло-серая рубашка идеально на нем сидит и подчеркивает каждый сантиметр его идеального тела. Но проблема в том, что когда он вошел, я начала переодеваться, поэтому сейчас я в нижнем белье. - Максим, может, ты все-таки выйдешь? - спросила я. - Почему? - ответил он вопросом на вопрос, и как ни в чем не бывало продолжал пожирать меня глазами. - Максим, я не одета, если ты не заметил, поэтому сейчас же выйди. - Я заметил. - с плотоядной улыбкой ответил он. - Ты прекрасно выглядишь. Сказав это, он сел на небольшой диван, который стоял напротив шкафа, где я сейчас стояла обнаженной. Поняв, что выпроваживать его бесполезно, я быстрее оделась. Сегодня особенный вечер, поэтому я решила, что надену свое любимое платье: светлое, нежное, кружевное, цвета топленого молока, доходит почти до колена и расходится солнцем, без бретелек, но достаточно плотно держится на груди, подчеркивает талию, а по бокам небольшие светло-розовые вставки. Однако я стесняюсь так сильно открывать плечи, поэтому обычно надеваю сверху короткое джинсовое болеро, на котором тоже есть небольшие кружевные вставки, поэтому подходит оно идеально. Но не успела я его надеть, как меня вдруг позвал Максим и попросил к нему подойти. - Помоги мне надеть запонки. - попросил он. - Хорошо. Он продолжал сидеть. Я подошла вплотную к нему и стала вдевать черное украшение с белыми камнями в манжеты. Я знала, что у него уже есть запонки, причем два вида, но таких, которые я ему подготовила ко дню рождения, нет. Я подумала, что сейчас идеальный момент вручить ему подарок по случаю выпускного. Выполнив просьбу, подошла к письменному столу и достала из него коробку, упакованную в красивую бумагу. - Это тебе в честь окончания школы. - я протянула ему подарок. Он удивленно смотрит на меня, будто вообще не понимает, что происходит. Приняв его, он потянул меня за руку, и все еще в сидячем положении обнял меня за талию. Как и раньше, я не отталкивала, но и не отвечала. Я услышала тихое «Спасибо», и приподняла одну руку, чтобы положить ее на плечо Максима, но вдруг раздался стук в мою комнату, и дверь приоткрыл Андрей. - Простите, что помешал, но через 20 минут мы выезжаем. Сказав это, он сразу же закрыл дверь и ушел. Максим тяжело выдохнул и отпустил меня. - Вот всегда он не вовремя. - раздраженно произнес он. - У тебя выпускной, если ты не забыл. - я немного рассмеялась. - Ну и что? Не вижу в этом ничего особенного. - Как ты можешь так говорить? - я действительно сильно удивилась. - Ты окончил школу, это один из важнейших дней в твоей жизни. - Тоже мне праздник. - Со временем ты поймешь, насколько это особенный момент. - Мне все равно. - Как скажешь. Я улыбнулась, пожала плечами и продолжила собираться. Но Максим будто и не собирался уходить. Он подошел ко мне со спины, когда я стояла перед туалетным столиком и надевала золотые цепочку и два кольца, внезапно снова обнял меня (что-то он слишком часто стал так делать). Он едва касаясь губами поцеловал мою шею, а потом также неожиданно вышел из комнаты. Я вздрогнула, но всеми силами старалась сохранить спокойствие. Как всегда, мне это удалось. Школа Максима очень большая, поэтому и размах выпускного был грандиозным. Парни и девушки в великолепных нарядах, множество гостей, богато украшенный зал со сценой, к которой вела красная дорожка, - все это создавало ощущение роскошного президентского приема. Максим ушел к одноклассникам, его родители и Дмитрий с Кристиной разговаривали с директором, Андрей встретил знакомых и беседовал с ними. Толпа людей немного давила на меня, и, несмотря на то, что работают кондиционеры, я чувствовала, что мне нечем дышать, хотелось выйти на улицу, но так как через 10 минут начало торжества, я, конечно же, никуда не пошла. - Прости, что оставил тебя одну. - внезапно рядом со мной появился Андрей. - Знаешь, тебя легко можно спутать со школьницей. Ты такая маленькая и... красивая. - Спасибо. - немного смутившись произнесла я. - Пойдем, пора садиться. Но прежде я подошла к Сергею Дмитриевичу и Елизавете Ивановне. Они уже остались одни. Я попросила их задержаться на минутку, поскольку я хотела обсудить с ними одну вещь, которая меня беспокоит. - Ваш сын выпускается из школы, - начала я немного нервничая и перебирая пальцами платье, - он достаточно взрослый и вполне может жить самостоятельно. Возможно, уже нет необходимости, чтобы за ним кто-то приглядывал, и поэтому может мне пора съехать? - Это не обсуждается. - с серьезным лицом сказал Сергей Дмитриевич. - Конечно, - поддержала его жена, - ведь ты для нас стала как дочь. Если ты уйдешь, мы все очень расстроимся. Она нежно улыбнулась мне, но потом вдруг стала серьезной. - Или тебя Максим обижает, и поэтому ты хочешь уехать? - Нет, нет. Мы с ним хорошо ладим. - Слава богу, - она облегченно выдохнула, - тогда оставайся у нас навсегда. Если честно, нам уже давно не хочется брать с тебя деньги, но мне кажется, что иначе ты откажешься, ведь ты такая хорошая и скромная девушка. - Спасибо. - я немного покраснела. - И Вы правы, просто жить в Вашем доме еще и полностью за Ваш счет я никогда не смогу. - Ладно, ладно. - с улыбкой произнес Сергей Дмитриевич. - Пойдем занимать места, и давай больше не будем поднимать эту тему. - Хорошо. Праздник прошел великолепно. Школьный вальс тоже был прекрасным. Я чувствовала светлую печаль и вспоминала свой выпускной. Андрей, боясь, что я потеряюсь, ни на шаг не отходил от меня. Когда мероприятие переместилось в ресторан, я почувствовала небольшое облегчение, поскольку людей стало в два раза меньше. Алкоголя было не много, поэтому обошлось без драк и скандалов. Максима все время окружали девушки, просили сфотографироваться, сами приглашали его танцевать, некоторые даже хотели уединиться с ним, но он почему-то всем отказывал и просто проводил время либо с парой своих друзей, либо с семьей. Как только заиграла медленная музыка, Андрей пригласил меня на танец. Снова я почувствовала это окутывающее тепло, сильные, но нежные руки вызывали ощущение защищенности, так хотелось, чтобы время остановилось. И вновь странный звук внутри меня: еще один из замков уничтожен. Если честно, я совсем не хотела оставаться в ресторане всю ночь. Сергей Дмитриевич и Елизавета Ивановна, а также Дмитрий с женой уехали около десяти вечера, а старший брат пока оставался со мной, но в полночь я попросила его отвезти и меня домой. - Я сегодня останусь здесь, а то тебе страшно будет одной в таком большом доме. - сказал Андрей, когда мы вошли в прихожую. - Я не маленькая, - немного недовольно ответила я ему, - поэтому тебе не о чем переживать. Если ты хочешь, то можешь возвращаться к себе. - Но я все равно хотел бы остаться. - Как пожелаешь, это твой дом. Я немного выпила в ресторане, поэтому чувствовала себя энергичной, уверенной, совсем не хотела спать. Моя «маска невозмутимости» дала трещину из-за спиртного, язык немного развязался. Теперь уже без стеснения я сняла болеро и оголила плечи. Андрей совсем не пил, так как был за рулем, поэтому сейчас мы сидим на диване, предварительно взяв на кухне бутылку белого вина, пару бокалов, шоколад и немного фруктов. Андрей включил какой-то романтический фильм, но, если честно, я только делала вид, что смотрю на экран. Выпив уже третий бокал вина, он откинул голову на спинку дивана. Весь день Андрей был в шикарном темно-синем костюме, белой классической рубашке и насыщенного вишневого цвета галстуке, но когда мы вернулись домой, он снял пиджак и галстук и расстегнул верхнюю пуговицу. На его оголенной шее сейчас отчетливо была видна пульсация его сердца. Он такой сексуальный. Я невольно засмотрелась. - Катенька, ты смущаешь меня. - вдруг произнес он. Я поняла, что он заметил мой взгляд и отвернулась. - Мы с тобой уже взрослые люди, - продолжил Андрей, - поэтому чтобы избежать неловких ситуаций, думаю нам лучше уже пойти спать. - Как благородно. - кокетливо ответила я, немного наклонившись к нему и посмотрев прямо в глаза, в которых проглядывался туман. Завораживают, как всегда. - Спать тоже будем вместе? - я продолжала заигрывать. Андрей улыбнулся. Кажется, собирается подыграть мне. - Ты ошибаешься, если думаешь, что я пай-мальчик и буду отказываться от того, что мне преподносят на блюдечке с голубой каемочкой. - Вот это уже интереснее. - я вплотную подвинулась к нему. Вдруг Андрей перестал улыбаться и взял меня за плечо. - Однако я не хочу, чтобы завтра, когда протрезвеешь, ты о чем-то жалела. Я не хотела сдаваться. - Я тебе не нравлюсь? - Не в этом дело. - он отвел глаза. - Я же сказал, просто не хочу, чтобы ты потом думала и тем более говорила, что что-то было ошибкой. - То есть, ты считаешь, что ты мне не нравишься? - продолжала я. Сказать, что Андрей удивился, значит, ничего не сказать. Я рассмеялась, вздохнула и отступила. - Прости, кажется, наша шутка затянулась. - я виновато посмотрела на него и стала складывать все, что мы принесли с кухни на поднос. Сердце пропустило несколько болезненных ударов. В груди все сжало