Я ничего не успела сообразить и предпринять, как почувствовала нежное прикосновение его губ. Тело предательски замерло. Он целовал меня медленно, слегка наклонившись вперед. Аромат и близость опьяняли больше вышеупомянутого вина, окутывая меня, словно густой туман, заставляя теряться в новых нахлынувших ощущениях. Что там говорил Влад о влиянии весны? Так вот, я только что пала ее жертвой.
Астапов отстранился аккурат в тот момент, когда я уже практически потеряла голову. Из нас двоих хотя бы он продолжал мыслить здраво.
– Виктория? – правая бровь лениво поползла вверх. Он ждал ответа.
А Виктория не выдержала этого пристального взгляда и, покраснев, позорно опустила глаза.
Ничего не происходит. Я так и продолжаю находиться в тисках из сильных рук, боясь пошевелиться, созерцая рисунок на его футболке, вдыхая такой знакомый аромат. Он молчит и, как мне кажется, слегка усмехается. Решаюсь, что-нибудь ответить.
– Глеб Ал…
– Странно… Не сработало, – его лицо снова непозволительно близко. – Надо срочно исправить.
И новый поцелуй. На этот раз жаркий, безрассудный, нетерпимый. В какой-то момент из меня вырывается стон, и я отчетливо понимаю, что точка невозврата пройдена. Сильные руки тут же подхватили меня и пересадили на стол, мягко опустив на его глянцевую поверхность. Затем я почувствовала их на своем теле под рубашкой. Пальцы, дразня, поднимались вверх по спине, опаляя кожу. Я почувствовала, как он притянул меня ближе, ни на мгновение не прерывая страстного поцелуя. Спустя несколько секунд возле уха раздался срывающийся шепот.
– Если мы хотим остановиться, сейчас самое время, – жаркое дыхание обожгло висок.
Я чувствую напряжение. Я вижу, как страстно горят его глаза. Я не хочу останавливаться.
Ноги обвили его бедра, отвечая на вопрос.
Глеб легко подхватил меня и унес на огромный диван.
Глеб.
Я все еще восстанавливал дыхание. Лежал на спине и ласкал пальцами нежную кожу. Любовался. Никак не мог заставить себя остановиться и перестать прикасаться к этой непослушной страстной девочке.
Вика прикрыла глаза и отвечала на прикосновения довольной ленивой улыбкой.
– Ты умеешь убеждать, – услышал я спустя некоторое время. – Хоть и весьма специфическим способом.
Посмотрел на ее красивое лицо и не удержался от комментария.
– Такая серьезная сейчас. Будто проводишь тщательную оценку последних действий, – взял ее за подбородок и, приподнимая голову, поцеловал в губы.
Закончив сладкий поцелуй, посмотрел в глаза, в которых сейчас шелестела зеленая весенняя листва. Такая безмятежная и завораживающая, что я просто замолчал и наслаждался прекрасным видом.
– Девять из десяти, – вдруг сказала она, подвинувшись ближе.
– Что? – я уже и забыл о моей вылетевшей фразе.
– Оценка действий.
Я легко ведусь на эту игру.
– Оценка, не спорю, высока! Но, все-таки, почему не высший балл? – наигранно возмущаюсь, требуя немедленных объяснений.
– Приберегу «десяточку» для мужа, – она потянулась, а затем плавно опустилась на мою грудь, словно эти слова явились сами собой разумеющимися.
Что? ЧТО???
– Не понял! – я даже привстал на локтях от такого объяснения.
– А что тут не понятного? – изумленно спросила она. – Когда-нибудь я, наверняка, выйду замуж. Хочется оставить этому гипотетическому человеку возможность так же уносить меня на небеса.
Девушка замолчала, и я почувствовал, как сон начинает проводить над ней свои колдовские ритуалы. А меня задело упоминание будущего мужа и то, что моя кандидатура даже не рассматривалась, пусть и в чистой теории.
Вика давно спит, а я все еще наслаждаюсь близостью этой взбалмошной девчонки. Вечер, начавшийся так странно, закончился неожиданно приятно. Барьеры сломлены, причем, очевидно, что Вика не станет жалеть, а я и подавно. Переход на новый уровень наконец-то осуществлен. Я хочу этих отношений – теперь в этом можно признаться.
Вика.