Блин! Он слишком маленький! Она ведь — не осьминог, просочиться в небольшое отверстие никак не сможет! И к тому же хренов прозрачный кругляш никак не открывается.
Зато сюда теперь никто не войдёт. Потому что она ещё и щеколды задвинула. Двери, правда, хлипкие, а подпереть их нечем.
Ула плюхнулась на койку и прикрыла глаза ладонями. В темноте ей лучше думалось. Посидев так несколько мгновений, она вскочила и кинулась обыскивать каюту. Может, тут где-нибудь завалялось средство связи?
Всё тело колотила нервная дрожь.
Так. Инфора, конечно, нет, хищник снял его с руки. И камушек из кармана вытащил, крохобор. Девушку клоун раздеть не сумел, на ней не простой комбинезон, хоть по виду это и не понятно. Покрой свободный, не такой, как у тайрианских герлонов, те сидят на человеке плотно, в обтяжку. Но ткань та же самая, и расстегнуть этот комбез может только его хозяйка.
Девушка сразу почувствовала себя гораздо лучше. Никто не поимел её в бессознательном состоянии. Она купила эту одежду, отдав за неё целую зарплату за два года. Как она при этом питалась, как лазила по помойкам на задворках продуктовых магазинов, и вспоминать не хочется. И не время погружаться в мемуары, это всегда успеется.
В настенных шкафчиках ничего нет. Ну, понятно, не совсем же он дурак, чтобы инфоры тут для пленницы раскидывать. Поковырять иллюминатор нечем, да и не поддадутся современные материалы даже современным инструментам, тут только плазменный резак поможет. Или бомба.
Больше ничего умного в голову не приходило.
Можно пока порассматривать фотки на стенах, остальное-то всё она уже разглядела, только что на зуб не попробовала.
2.
Фотки были качественные. Аж стерео. Но неподвижные.
Ещё бы, на них только мёртвые монстры. И охотник на их фоне, с ухмылкой до ушей. Прямо не верится, что монстров он сам убивал. Разве что выслеживал, это он вполне может.
Хм, карикатура. Из трёх картинок-комиксов с надписями в «облачках» возле фигур.
Рисунок первый — весёлые ребята на пляже. Им вдалеке машут руками девчонки из воды. Ребята, идите к нам, водичка классная!
Рисунок второй — те же ребята в восторге говорят друг другу. Во! Нас девчонки зовут! Бегом в воду!
Рисунок третий — огромный осьминог держит в каждом щупальце по девчонке, высунув их по пояс наружу, а сам прячется под водой.
И подпись: «Главное — не съесть приманку раньше времени».
Улу передёрнуло. Это у кого же такое извращённое воображение? Изобразить существ, которые вполне мирные, хоть и хищники — вот в таком виде… Ула видела короткий документальный фильм о дружбе человека и осьминога, земного, самого обычного, некрупного. Ей сотворить подобный комикс и в голову бы никогда не пришло. Сам клоун, что ли, вот этак рисованием баловался? Он вполне мог бы.
Дверь дёрнулась. Ага, лёгок на помине.
Ну, поговорим.
— Ула! Проснулась? Открой, тут тебя никто не съест! — приглушённый створкой голос Фреда звучал весело и, как всегда, самодовольно.
— Мне интересно, чем ты меня вырубил?
— Ой, ну, не тупи, это на тебя не похоже! Пистолет-шприц и ампула со снотворным, конечно.
Конечно, чего ещё от него ждать.
— А зачем?
Она просто тянула время, надеясь непонятно на что.
— Ещё более тупой вопрос. Ну, мать, ты даёшь! Мы будем бороться с твоей интимофобией радикальными методами. Нельзя же допустить, чтоб такое добро почём зря пропадало.
Мы? Ну и самомнение!
— Да меня моя интимофобия вполне устраивает, не хочу я с ней бороться.
В дверь с той стороны чем-то саданули, судя по высоте, на которой раздался звук — кулаком.
— А я хочу!
Во-во, в этом всё и дело. Тупой хищник признаёт только свои хотелки. Как там выразилась Ванда? Замашки необузданного самца — закинуть на плечо и в пещеру. Ну да, Фред в буквальном смысле именно так и сделал.
— Ула, не глупи! Выходи по-хорошему!
Да-да, бегу и тапочки теряю.
— Ну? Я жду.
Она промолчала. К чему тратить слова на того, до кого они не доходят?
— Я ведь всё равно сюда войду. Дверь взломаю! Хоть мне её и жалко, резное дерево с Алитавы, как-никак. И чинить потом придётся.
Угу, даже тут от хвастовства не удержался. Дерево с Алитавы…
— Ну? Смотри мне, я ломаю.
Ула нервно хихикнула.
— Давай-давай, я как раз стою за этой самой дверью с тяжёлым предметом в руках.
Фред возбуждённо захохотал.
— С каким? Каюта практически пустая, даже стульев нет!
Ула снова хихикнула.