- У вас карта? - обратился к нему кондуктор.
Геннадий смотрел на кондуктора и ни как не мог собраться с мыслями. Ему показалось что, именно с ним он общался пару дней назад, незадолго до аварии.
- Помните меня? Я недавно вас спрашивал про девушку, такую...
-У тебя карта? - перебил его кондуктор: - Оплачивай или выходи!
-Да, карта. Вот, пожалуйста. Вы не подумайте…
Кондуктор отвернулся, его интерес пропал, как только был оплачен проезд. Геннадий остался в смятении, он не понимал что происходит, какое-то совершенно нереальное чувство окутало его. Тем временем трамвай подходил к следующей остановке и Геннадий, забыв про тревогу, вдруг начал искать. Ему захотелось увидеть Её, ту девушку из сна. «А вдруг это был не сон? Что это было? Если не сон, то что? Я же точно не спал. Боже, Генка ты окончательно сошел с ума!» - подумал он сам про себя.
Так он ехал по своему маршруту, и каждый раз, когда двери трамвая открывались, он замирал в ожидании увидеть Её. Он ждал. Её ждал, на всем пути, на каждой станции. Выйдя из трамвая, он посмотрел ему в след. На борту, рядом с яркой цифрой семь, еле заметно мерцала почти перегоревшая цифра два. Геннадий поник, совершенно не понимая что с ним происходит. Таким разбитым он еще не был никогда.
Прежде чем зайти, он какое-то время стоял и смотрел на дверь своей квартиры, слишком большой квартиры для одного человека. Этакий памятник былым стремлениям к счастливой, полноценной жизни. С момента её приобретения прошло четыре года, и за это время в жизни многое поменялось. Неизменным оставалось только одно, и этот факт с каждым днем угнетал всё больше. Геннадий жил один. На этой почве появилась депрессия. Пытаясь от нее уйти, он больше работал и соответственно больше уставал. От усталости участились проблемы на работе, которые усиливали депрессию. Бессонницу и уже привычно подавленное состояние тщетно глушили антидепрессанты. Выходные дни стали совсем скучными и однообразными, а посиделки с друзьями периодически заменяли сеансы психолога.
«Друзья. Они, конечно же, есть. Есть Толик, еще со школы лучший и самый близкий, - вспоминал Гена,- вместе дипломы получали, вместе карьеру строили. Много дверей по жизни вместе открыли. Однажды в шутку показав на незнакомую девушку рукой, он сказал: «Смотри Генка, какая красотка! Спорим, я на ней женюсь?» Поспорили. И ведь женился. Видимо тогда он дерзко отрыл какую-то особенную дверь, а я сейчас поворачиваю ключ в замке статусной квартиры, а захожу в чулан».
Оставаться одному в таком подавленном состоянии не стоило бы, но дело привычное, да и сейчас он хотел именно этого. «Так. Я не сошел с ума – успокаивал он себя: - со мной все в порядке. Просто устал, и солнце. Солнце напекло, удар получил, наверное. Да, точно это наверняка был солнечный удар, и вот это все привиделось. Нужно просто поспать, просто поспать без таблеток. Да, это всё чертовы таблетки. Точно. Да… Нееет, черт побери. Мы сидели с Толькой на работе, я не слушал его рассказ ну не больше минуты, и за эту минуту, я прожил целую жизнь! Чужую, чужую жизнь. Боже мой, как это возможно? Я же не мог это все придумать? Или мог…? Так. Если это плод моих фантазий, то этот трамвай номер семь никогда не существовал. Сейчас я это проверю, и…и, - окончательно запутавшись, Гена сел за письменный стол, и открыл ноутбук: - И так, вбиваю «Трамвай маршрут номер 7» посмотрим. Черт. Таких трамваев сотни. Думай Генка. Думай. Как найти именно тот трамвай, именно тот маршрут? Маршрут, точно, я же отчетливо помню те улицы и старые дома! Попробую узнать его по фотографиям». Геннадий начал бегло просматривать фотографии из сети. Сначала он старался всматриваться, но это быстро его утомило, и он стал бегло листать фотографии просто так. Так получилось отвлечься и немного успокоиться. И вот уже почти развеялись тревожные мысли, как вдруг на глаза ему попалась одна фотография. На ней была изображена серьезная авария. Геннадий оцепенел. Сердце забилось сильнее. На фотографии стоял сошедший с рельс трамвай с номером семь, недалеко от него, метров в пятнадцати, находился разбитый от столкновения автомобиль. Авария была настолько сильной, что разобрать марку авто, было невозможно. В этот момент ему стало совсем не по себе. Он знал эту машину, и кто был в тот день за рулем, он тоже знал.
Пару минут он просто сидел. Перед глазами застыла картина той ужасной аварии. Не было ни мыслей, ни сил. Благодаря этому, ему удалось немного прийти в себя. Как будто от перегруза в его голове выбило пробки, и сразу стало легче. Он давно не испытывал такое глубокое состояние покоя. Этих нескольких минут ему хватило, чтобы полноценно расслабиться. Тревога ушла. Такого эффекта он не получал даже от снотворного.