— Нет, не слушаю. — Гарри затряс головой, и его легкие, слегка длинноватые волосы взлетели вверх. — Но ты, моя дорогая, лучше бы послушала меня, прежде чем все испортить!
— Тогда, пожалуйста, успокойся! — Бренвен приложила ладони к вискам.
— Хорошо, хорошо. Ты права.
Гарри сделал несколько глубоких вздохов, а затем встал за спинкой стула, на котором сидела Бренвен. Он положил руки ей на плечи и заговорил голосом, одновременно нежным и убедительным.
— Послушай: знание — не в камнях, не в рунических символах, вырезанных на них. Знание, интуитивное знание, находится в тебе, Бренвен Фарадей.
— Но…
— Да, да, — успокаивающе сказал Гарри, разминая ей плечи, — тебе кажется, что камни разговаривают с тобой, правда?
Голова Бренвен наклонилась вперед в знак согласия. Ее волосы были туго заплетены в косу. Продолжая говорить все тем же убедительным голосом, Гарри начал расплетать косу.
— В этих конкретных камнях заключен определенный вид энергии. Я не знаю какой — я хотел бы это вспомнить. Думаю, когда-то мне было это известно. Должна существовать очень веская причина для того, чтобы перенести внутренний круг священных камней на то огромное расстояние, которое разделяет Уэльс и Стоунхендж.
Бренвен снова наклонила голову. Голос Гарри помогал ей. Не только его слова, но определенные интонации в голосе. Ей очень понравилось, когда он сначала положил ей руки на плечи, а затем стал расплетать волосы. Она знала, почему он это делает, ведь сама Бренвен всегда расплетает косу перед тем, как дотронуться до рунических камней.
— Эта энергия, — пробормотала она, — моя энергия тоже. Они… очень похожи, даже одинаковы.
— Да, — сказал Гарри, расчесывая пальцами ее тяжелые шелковистые волосы, подымая их вверх от самой шеи и позволяя свободно стекать вниз между пальцами. — Да, я почувствовал эту энергию, исходящую от тебя, проходящую через тебя, много лет назад, в руинах аббатства Лланфарен. Это был один из самых волнующих моментов в моей жизни, Бренвен. Ты помнишь?
— Помню.
— Эта энергия — твой особый дар. — Гарри снова сел за стол. Он посмотрел на Бренвен. Его глаза проходили сквозь нее, а ее — сквозь него. Они оба стояли на границе, разделяющей две реальности. Гарри удержал бы их здесь, на этой грани, а перевести их через нее должна была Бренвен. — Это не приходит из книг. Забудь о книге, забудь о ее фигурах и интерпретациях. Позволь появиться твоим видениям. Прочти для меня руны, Бренвен.
— Дай мне руки, — сказала она. — Закрой глаза. Представь в уме то, что ты хочешь узнать от рунических камней.
Гарри подчинился. Ее руки, которые поначалу были холодными, становились все теплее. Он молча сформулировал свой вопрос: когда я вновь овладею Старым Знанием? Дрожь пробежала по телу Бренвен, и он почувствовал ее в своих руках, ощутил покалывание, когда начала концентрироваться ее внутренняя энергия. С пальцев покалывание перешло в ладони, а затем по рукам поднялось к плечам и груди. Он сделал долгий, глубокий вздох и задержал его с восторгом предвкушения.
Бренвен отпустила руки Гарри и высыпала рунические камни на стол. Гарри открыл глаза, чувствуя себя смущенным и разочарованным. Она разорвала физический контакт. Куда бы она ни направлялась, он не пойдет вместе с ней. Потом он понял. Конечно! Она отправляется туда для него, она будет читать рунические камни для него, и именно поэтому она отпустила его руки.
Он наблюдал за ней. Волосы, слегка волнистые оттого, что были заплетены в косу, упали вперед и почти закрыли ей лицо, когда она склонилась над камнями. Белая прядь поражала — она бросалась в глаза, как клеймо. Левая рука, пальцы которой слегка дрожали, двигались на высоте около дюйма над лежащими на столе камнями. Вот пальцы нырнули вниз, вздрогнули, двинулись дальше, затем снова нырнули вниз и выбрали камень.
— Я выбираю те камни, которые притягивают мои пальцы, — сказала Бренвен в ответ на его молчаливый вопрос. — От них исходит жар.
Вскоре она выбрала семь камней. Остальные отодвинула в сторону осторожным движением руки.
— Камни сами складываются в узор, — сказала она.
Она не смотрела на него и, казалось, не смотрела и на камни. Ее левая рука сложила из них букву «у», направленную разветвлением к нему, а ножкой к ней. «Дерево», — подумал Гарри.