Торговый тракт поначалу даже способствовал нашим усилиям, поскольку первая его треть, известная среди местных жителей как «Скат», представляла собой мягкий спуск к равнине, на которой стоял город. На севере параллельно дороге тянулась гряда конических холмов, которая сходила на нет лишь в трёх сотнях метров от западной стены Магбура. Эти холмы насыпала не природа: это были огромные курганы, братские могилы, десятки захоронений, которые появились ещё до формирования Нанва как отдельного государства. А самый ближайший курган был ещё и самым большим — в нём покоились останки правящих родов.
Оставив Галентоса во главе авангарда, я поехал к самому хвосту колонны, где Даника и трое солдат уже охрипли, пытаясь заставить самых слабых и медленных беженцев ускорить шаг. Задача была душераздирающей: позади оставались тела тех, кто умирал на ходу, не выдержав темпа. Не было ни времени их хоронить, ни сил нести с собой.
На юго-западе всё сильнее проявлялась и увеличивалась полоса поднятого в воздух снега, обозначающего всадников, спешащих нагнать нас.
— Они не пошли по дороге, — выдохнула Даника, развернув коня, чтобы оглянуться назад. — Идут по равнине — медленнее, намного медленнее…
— Они ориентируются по картам, — пояснил я. — Такой путь кажется ближе.
— Холмы там не отмечены? — проницательно хмыкнула она.
— Да. Я видел такие в шатре Логвуда. Холмы отмечены лишь на картах Нанва. Может на имперских, но не остальных. Сайнадские в этом плане, похоже, дали маху.
Помедлив, девушка качнула головой:
— Следовало ожидать от Кердгара Дэйтуса лучшей подготовки…
— Нам повезло — и одно это может нас спасти…
Вот только даже я сам слышал неискренность в этих словах. Враг был чересчур близко. Я бы сказал — меньше двух километров. Несмотря даже на курганы, кавалерия преодолела бы это расстояние меньше чем за час.
От головы колонны послышались боевые кличи.
— Они увидели Магбур, — поняла Даника. — Галентос… да, он подтвердил мне.
Как работает эта связь?.. Если выживу, непременно узнаю!
— Ворота? — коротко спросил я.
Она нахмурилась.
— Закрыты.
Зло выругавшись, я подъехал к отстающим.
— Город уже виден! — прикрикнул я на них. — Немного осталось! Шевелись!
Эти слова вызвали неведомо откуда взявшийся прилив энергии. Я почувствовал, затем увидел, как волна прокатилась по массе людей, они немного ускорили шаг под влиянием надежды — и страха. Я развернулся в седле.
Поднятая снежно-серая полоса была видна без всяких попыток забраться повыше. Ближе, но совсем не так близко, как следовало бы ожидать.
— Даника! На стенах Магбура стоят солдаты?
— Да, яблоку негде упасть… — спустя мгновение тишины пояснила она.
— Ворота? — ещё раз уточнил я.
— Нет, — девушка качнула головой.
— Сколь близко к ним голова колонны?
— Пара сотен метров. Люди уже побежали…
— Но ворота закрыты… Они что там, сука, совсем с ума посходили⁈ — рявкнул я и обернулся к приближающемуся врагу. Проклятье! Нас что, вырежут под стенами города⁈
Новая порция беспощадной бессмысленной брани сорвалась с губ.
— Даника! — под конец тирады, уже чуть более осмысленно, рявкнул я. — Бери всех наших солдат — скачите к Магбуру! Заставьте их открыть ворота! Силой, если будет необходимость!
— А… а ты? — во взгляде девушки мелькнуло сомнение.
Я улыбнулся.
— Прикрою, — коротко ответил ей.
Даника помедлила, взгляд волшебницы на миг увлажнился, но потом она быстро мотнула головой и стремительно развернула коня.
— Вы! — рявкнула колдунья трём юным воинам. — За мной!
Не прошло и десяти секунд, как они уже погнали уставших лошадей вдоль края дороги, мимо спотыкающихся, шатающихся беженцев.
Впереди показались самые быстроходные части. Всадники Кердгара Дэйтуса пустили коней галопом, гортанно завывая боевые кличи. Я переплёл пальцы, а потом хрустнул ими. На лице появилась кривая ухмылка. Что же… я готов.
Следующий час прошёл в постоянных стычках. Сайнадские кавалеристы пёрли сюда, словно мухи на мёд, выматывая меня и лишая сил. Пока что я справлялся со всеми, как с обычными всадниками, так и с сионами или обладателями антимагических амулетов, коих за прошедшее время встретил целых пять.
По итогу, не выдержав, устроил мощнейших шторм кипятка, а потом организовал ров, едва не лишившись чувств. От меня валил пар, хорошо заметный в это время года — словно бы кто-то вынес на улицу ведро кипятка, которое начало парить. Если бы не лошадь — я упал бы на снег, ожидая неминуемой смерти.