Рука очень сильно болит, я снимаю с неё трусы, которыми замотал рану и вижу, что порез красный, а кожа опухла; рука не хочет сжиматься в кулак.
Наконец, я могу поесть. Открываю пачку хлопьев, но они пахнут сыростью и совсем не хрустят, а я знаю, что они должны хрустеть. Пока жую сырые бледные кусочки хлопьев, рассматриваю банку с непонятным содержимым. Банку уже вскрывали, так как она на половину пустая. На ней написано: « Мясо курицы в томатном соусе». Я запиваю хлопья водой, убираю всё мной вытащенное обратно в рюкзак и ложусь спать.
Не знаю, сколько времени я вот так просто лежу. Мне кажется, что за пределами моего убежища кто-то бродит, что-то шуршит и стонет, но уже дальше. Рука ужасно болит и я не могу уснуть. Включаю фонарик, достаю папину мазь и снова обрабатываю рану. Мне на глаза попадается уголок маминой записной книжки, и я решаю почитать его, надеясь, что от этого я быстрее усну. Я никогда не читал этот «журнал», и даже не делал записи как велела мама, поэтому, дотронувшись до книги, чувствую будто она меня ругает за это.
Корочка у «журнала» твёрдая, но в тоже время имеет мягкое покрытие из маленьких коротких ворсинок. Сама корочка тёмного красного цвета с двумя маслянистыми пятнами. Страницы слегка желтоватые и немного пахнут сыростью, а ещё чем-то резким, так пахнет алкоголь ( папа однажды пил алкоголь, запах мне совсем не понравился). Мамин почерк очень непонятный: она писала быстро, а иногда и почти в темноте, поэтому всё написано криво и маленькими буквами, которые наскакивают друг на друга:
« Меня зовут КЭТРИН ( по документам Американского Альяна, далее АА) или ЕКАТЕРИНА (по документам Русийского Объединения Наций, далее РОН) МАКОВСКИ. Я являюсь ведущим генетиком при главной лаборатории РОН. Мой муж - ДЖЕЙМС КИДС, один из основателей секретной лаборатории в АА, которая, естественно, прикрывалась гражданским названием и целями; он занимается селекцией растений и животных, позднее я узнала, что он поддерживал опыты над людьми.
Я была направлена своей страной в Американский Альянс в качестве учёного по обмену опытом, но на деле, из меня делали разведчика биологических наук: мне нужно было узнать, что за опыты проводятся в той лаборатории, которая носила название: « Главная лаборатория генетики и селекции Американского Альянса» . Руководители моей и некоторых других стран, по данным служб разведки, пришли к выводу, что исследования этой лаборатории не выдерживают моральных, нравственных и прочих условий, прописанных в пакте «О международном мире» , созданном после третьей мировой войны. Лаборатория на удивление свободно принимала заграничных специалистов, открто рассказывая о своих полезных исследованиях. Естественно искустно скрывая закульсье.
Коротко распишу о своей деятельности до основных событий: до моего замужества с Джеймсом - человеком, на которогго мне неоюходимо было накопать информацию; до рождения моего сына ДЕНА (ДЕНИСА - по документам РОН ).»
Я очень мало понимаю из написанного мамой, слишком много непонятных для меня слов, но я и не знал, что её зовут иначе, чем Кэтрин. Я выключаю фонарь и начинаю думать в темноте.
Внутри моего рюкзака, на ярлыке написано «Д. Кидс-Маковски», мама сделала эту нашивку, когда начала учить меня читать. Она сказала, что очень важно, чтобы я запомнил свои имя и фамилию, правда почему это важно, не объяснила. Из прочитанного, я понимаю, что мама была очень важным человеком, а папа,оказывается, ещё важнее.
Часть 2
Я просыпаюсь от раската грома из-за чего резко сажусь, больно стукнувшись лбом о шероховатую бетонную стену - крышу над моим диваном. Морщусь от неприятной боли, к которой добавляется и боль от вчерашнего пореза. Тут же даёт о себе знать рана на руке. В проём падает свет наступившего утра.
Я осматриваю ладонь: из раны сочится что-то желтоватое и кожа вокруг раны надулась ещё сильнее, чем вчера - снова обрабатываю мазью и заматываю другими трусами из рюкзака.
Выбравшись из своего укрытия, я поглядываю на небо, проступающее в дыре на потолке: жёлтое густое полотно постепенно заменяется оранжевыми пятнами, а воздух ещё сильнее пахнет сладостью. Я ни разу не ел сладкую вату, но папа говорит, что воздух пахнет именно ей, когда с неба должен сыпаться этот жёлтый порошок.
Вчера ночью я не смог рассмотреть, что за место выбрал для сна. Поэтому немного удивляюсь, когда вижу, что это разрушенный маленький магазин, какие строят на заправках. Папа рассказывал, что на этих заправках можно было «накормить» машину и уехать на ней далеко-далеко, а главное очень быстро. И что в этих придорожных магазинах можно было купить еду.